— Когда ты и мой сын исчезли, мне пришлось принять другие меры для обеспечения престолонаследия Арбинжа, — Его голос холоден. Отстранен. — Фарамир женится на принцессе Волки — разумеется, после того, как мы заключим союз.

Пауза.

— Ты выйдешь замуж за Зевейра.

Глава 21

Глава 21



Я застыл от потрясения. Дыхание перехватило.

Сердце бешено колотится в груди, но разум подсказывает: у отца есть скрытый умысел, какой-то план, как обернуть все в свою пользу, — план, в котором Майя станет лишь пешкой.

— Мой отец был поставлен в известность об этом «изменении планов»? — ледяным тоном спрашивает она, сжимая пальцами ткань своей туники.

— Пока нет, — отвечает отец с усмешкой, более холодной, чем его сердце; его руки убийцы сложены «домиком» под подбородком. — Мы даже не были уверены, что ты жива. Мы немедленно отправим гонца с радостной вестью. И твоим решением. — Он приподнимает бровь. — Ты ведь выйдешь за моего второго сына, да?

Нужно что-то делать.

Черт. Черт. Черт. Тормик ни за что на это не пойдет, и отец это знает. Это ловушка. Он будет держать ее здесь, пока она не выполнит свою задачу, а потом убьет.

Майя судорожно вдыхает.

— Я…

— Мне нужно поговорить с Майей.

Я хватаю ее за запястье и, не обращая внимания на протесты отца, увожу Майю из комнаты. В коридоре я распахиваю первую попавшуюся дверь и вхожу внутрь.

За столом сидят члены совета; их оживленный спор обрывается, как только мы входим.

— Вон, — рычу я. — Живо.

Стулья скрежещут по каменному полу: все встают и поспешно выходят. Едва дверь закрывается, Майя поворачивается ко мне.

— Ты знал? — шипит она, тыча пальцем мне в грудь; ее глаза пылают гневом.

Я поднимаю руки в знак того, что сдаюсь.

— Клянусь, я не знал, Майя. Когда я покинул Арбинж, я отправился за тобой, чтобы ты вышла замуж за моего брата.

Она с трудом сглатывает и начинает мерить комнату шагами.

— Если твой брат женится на принцессе Волки, а я выйду за тебя, Арбинж свяжет себя узами и с Волкой, и с Тундрейном. Это сделает его сильнее, чем когда-либо.

— Да. — Я слежу взглядом за тем, как она ходит по комнате, словно волчица в клетке.

— Фарамир станет королем Арбинжа и Волки. А когда я стану королевой… ты будешь королем Тундрейна. Твой отец намерен управлять моим королевством, не отдавая при этом ни капли своей власти.

— Да, — повторяю я, сжимая и разжимая кулаки. Мне хочется сказать ей, что мы можем уехать, сбежать из дворца, — но нет такого места, где нас не нашли бы люди моего отца или ее отца.

Если она вообще захочет уехать со мной.

Или я мог бы отвезти ее обратно в Тундрейн и больше никогда не видеть. Мое сердце противится такой невыносимой мысли, но так было бы лучше для нее. Она была бы в безопасности.

Майя прислоняется к огромному окну, глядя на столицу.

— А если я откажусь выходить за тебя… — тихо говорит она, — отец может бросить меня в темницу. Убить. Или чего похуже. — Она поворачивается ко мне. — Он не позволит мне вернуться домой.

Я осторожно подхожу к ней.

— Нет. Не позволит.

Она судорожно вдыхает.

— Твой отец хочет, чтобы я отказалась. Хочет, чтобы я дала ему повод.

Мне остается только кивнуть. Она пытается осмыслить ситуацию, перебирая возможные варианты.

Я молюсь, чтобы она решила уехать. Со мной.

Но это решение должна принять она сама.

Она молчит несколько минут, просто глядя на столицу.

Затем произносит:

— Да, — голос ее звучит тихо. — Я выйду за тебя.

Ее слова обрушиваются на меня, словно буря; они настолько ошеломляют, что у меня перехватывает дыхание. Я думал, она попросит отвезти ее домой, в Тундрейн.

Но жениться на ней?

Я бесчисленное количество раз думал об этом за последние недели. Майя — моя.

Но не так. Черт, не так. Не тогда, когда она выбирает меньшее из двух зол. Не тогда, когда она загнана в угол и борется за выживание.

Не тогда, когда она меня не любит.

— Майя… — бормочу я, и губы мои кривятся. — Ты не обязана это делать.

— Обязана. Если откажусь — никакого союза не будет. Твой отец меня устранит. Или нападет на Тундрейн. Если мой отец не нападет первым. Война разорит королевство. Я должна выйти за тебя. — Она выглядит неуверенной. Если только… если только у тебя нет другой.

— Нет, — я решительно качаю головой. — Никого другого нет. Просто… — Какого черта. — Это должен был быть твой выбор.

Она кладет руку мне на предплечье.

— Это и есть мой выбор, — тихо шепчет она, глядя на меня снизу вверх своими невероятными синими глазами. — Я выбираю выживание.

Только не так, Майя. Я не могу. Пусть Небеса вдавят меня в землю, но я не могу…

Она делает шаг ближе; носки ее сапог касаются моих.

Я уже готов произнести слова: «Я увезу тебя в Тундрейн», — но она говорит первой.