Майя поджимает губы; я бросаю на нее извиняющийся взгляд и тут же делаю порез на собственной ладони. Она исцеляет его за считанные секунды.

Аристократы вяло аплодируют.

— А теперь принц Зевейр покажет нам мощь Арбинжа!

Глаза Майи округляются, дыхание становится частым от страха. Я ненавижу себя за то, что заставляю ее через это проходить — да еще и на глазах у всей Арбинжской знати.

Я призываю свою силу. Небо над нами темнеет, и она поднимает лицо к тучам, накрывшим сад тенью.

— Эй, — шепчу я. — Смотри на меня.

Я беру ее за руку и прижимаю ее ладонь к своему сердцу. Не отрывая взгляда от ее глаз, я поднимаю свободную руку.

Гремит гром, и Майя вздрагивает. Я крепче сжимаю ее руку, лежащую у меня на груди.

Она подстраивает свое дыхание под мое — медленное и размеренное, — и паника в ее глазах отступает.

— Держись, малышка, — шепчу я. В ее глазах столько изумления и нежности, что я почти готов поверить, будто она чувствует то же, что и я.

Небольшая молния ударяет в шпиль одной из дворцовых башен.

Секунда тишины.

А затем — гром аплодисментов. Гости встают и рукоплещут моей скромной демонстрации силы так, словно я — Фаэразар Великий.

Когда небо проясняется, плечи Майи расслабляются. Я оставляю долгий поцелуй на ее пальцах. Церемониймейстер завершает обряд.

Присутствующие встают и снова аплодируют.

Все завершилось. Я — муж Майи. Я обхватываю ладонями ее лицо, наклоняю голову и, мягко надавливая языком, заставляю ее губы приоткрыться. Кровь бурлит, а в груди разгорается пламя желания. Когда она подается навстречу, вцепляясь пальцами мне в плечи, мне приходится сдерживаться, чтобы не впиться в ее губы с той жадностью, с какой мне хочется.

Когда я отстраняюсь, в ее глазах мерцает желание.

Она тут же отводит взгляд — словно боится, что я это замечу.

Глава 25

Глава 25



— В чем дело? — спрашиваю я главного советника по безопасности, дергая за колючий воротник парадного мундира. Я так и не успел переодеться: сразу после свадебной церемонии служанки Майи увели ее, а Джейзар проводил меня в зал совета.

— До меня дошли слухи, сир, — начинает Джейзар; глубокие морщины вокруг его рта становятся резче. — Есть недовольные союзом с Тундрейном. Военные раны не так-то просто залечить.

Я сам не замечаю, как запускаю пальцы в волосы.

— Что-то конкретное?

— Нет, сир. Только слухи. Я удвою число стражников, назначенных на сегодняшний прием.

— Утройте.

Он кивает, торопливо делая пометки.

Дверь со скрипом отворяется, и входит дворцовый стражник — Мейнард или Мейзар, точно не припомню. Безобидный малый, но вечно ищет способ втереться в доверие.

— Сир, — приветствует он, низко кланяясь. Его длинные черные волосы почти касаются пола. — Я искал вас. Примите поздравления с бракосочетанием. Желаю вам и новой принцессе долгих счастливых лет вместе.

По шее пробегает неприятный холодок.

Этот. Чертов. Лжец.

Ощущение покалывания отступает, сменяясь кипящей яростью.

Он не желает нам счастья. Замышляет ли он вред Майе? Не он ли распускает эти слухи?

— Возвращайся на пост, — рычу я. Вдали гремит гром.

Он бледнеет, рот его приоткрывается. Не дождавшись от меня больше ни слова, он снова кланяется и поспешно выходит из комнаты.

— Убери его из сегодняшнего графика дежурств, — бросаю я, поворачиваясь к Джейзару. — А с завтрашнего дня пусть патрулирует столицу. Не хочу видеть его на территории дворца.

Пожилой мужчина лишь кивает с невозмутимым лицом, делая очередную запись своим мелким почерком.

Работы мне предстоит немало. Нужно защитить Майю от моего отца, брата и моего чертова народа.



Мои сапоги гулко стучат по блестящему мраморному полу, пока я спешу к парадному залу. Встреча с Джейзаром затянулась гораздо дольше, чем я планировал, но нужно было учесть слишком много факторов. Я едва успел переодеться в парадную тунику — должно быть, дворцовая швея трудилась над ней всю ночь, как и над бирюзовым платьем Майи.

Я сворачиваю за угол.

Вот она — моя жена.

И она одна. Где же ее проклятые Небесами стражники? Внутри меня закипает раздражение. Похоже, мои угрозы о мучительной боли нужно повторить. А может, и продемонстрировать на деле.

— Ты опоздал, — говорит она, и ее губы трогает дразнящая улыбка.

Сердце пропускает удар.

— Прости, — я отвечаю ей такой же улыбкой. — Нужно было уладить кое-какие вопросы с безопасностью. — Я с восхищением оглядываю ее, задерживая взгляд на кулоне в форме капли. — Хотя ни одно дело не сравнится по важности с моей женой. — Моя жена. Я смакую эти слова, чувствуя, как верно и естественно они звучат.

Майя краснеет, и — да помогут мне Небеса — она просто восхитительна. Я уже собираюсь сказать ей об этом, когда дверь в парадный зал отворяется и в проеме показывается слуга. Паренек явно рад меня видеть; он тут же закрывает дверь, чтобы возвестить о нашем появлении.