Виа: Не думаешь, что будет странно, если ты принесёшь мне кофе? Ведь для всех остальных мы едва знакомы.

Выдохнув, я указываю на своё отражение в треснувшем зеркале, прислонённом к стене спальни.

— Ты грёбаный идиот.

Я: Точно.

Виа: Почему мне кажется, что ты нервничаешь?

Сказать правду или обратить всё в шутку?

Не давая себе времени на лишние раздумья, я быстро набираю ответ и жму «Отправить».

Я: Потому что так и есть.

Виа: Не нервничай. И не завтракай. Я куплю пончиков на всех.

Я: Ты потрясающая.

Виа: Это ты так говоришь.

Мы обмениваемся ещё парой ни к чему не обязывающих сообщений, прежде чем я иду на кухню ставить кофе. Благодаря Виа мне не придётся кое-как сооружать подобие завтрака.

Пока заваривается кофе, я листаю соцсети, отвечаю на комментарии друзей, а затем проверяю почту. У отца я работаю неполный день, а остальные будни провожу в автомастерской, которой владеет отец моего лучшего друга.

Стройка мне не нравится, хотя дело своё я знаю. Трудно было не научиться: с детства я помогал отцу, так что поневоле набил руку. Но мистер Васкес не может позволить себе взять меня в мастерскую на полную ставку, поэтому пока это лучшее, что я могу сделать.

Мне нравилось копаться в машинах вместе с дедушкой, пока он был жив. Больше всего меня увлекает именно реставрация. Наверное, потому что она пробуждает во мне тягу к искусству. Дать старой машине вторую жизнь? Ни с чем не сравнимое чувство.

Кофеварка издаёт противный звук, оповещая о готовности напитка; я достаю из шкафчика здоровенный дорожный стакан — такие обычно продают на заправках — и добавляю любимые сливки со вкусом французской ванили, то и дело подавляя зевоту. Друзья подшучивают надо мной из-за этой любви к сливкам, но кому захочется пить просто «кофейную водичку»? Немного сладости ещё никому не вредило.

Сделав большой глоток, чтобы оценить соотношение кофе и сливок, я одобрительно киваю сам себе.

Идеально.

Снова подавив зевок — я, блядь, ненавижу ранние подъёмы; вставать раньше девяти — преступление, — я хватаю ключи и выхожу к машине. Подойдя к ней, со стоном запрокидываю голову: стекло покрыто толстым слоем инея.

Если опоздаю, отец с меня шкуру спустит.

Я не опоздал — блядь, хоть тут повезло. Сделав ещё глоток кофе, я хватаю с заднего сиденья каску и зажимаю её под мышкой. Я припарковался чуть поодаль, чтобы не рисковать проколоть шины гвоздём, но из-за этого теперь приходится идти пешком по холоду.

На выдохе изо рта идёт пар — очередное напоминание о том, как быстро здесь, на побережье, падает температура. Я люблю Мэн и не представляю, где ещё мог бы жить, но, чёрт возьми, холод порой всё-таки донимает.

С каждым шагом я становлюсь ближе к пончику и Виа — и этого вполне достаточно, чтобы сохранять настрой.

Старому зданию требуется не просто косметический ремонт, а полная реконструкция. Сам я пока не вижу здесь никакого потенциала, но отец не взялся бы за эту работу, если бы не верил, что объект можно преобразить.

Входная дверь подперта, чтобы не закрывалась, — значит, кто-то из парней уже на месте. Я машу рукой Джо, когда он выходит с охапкой строительного мусора, чтобы выбросить его в контейнер.

Войдя, я сразу нахожу взглядом Виа — она стоит в глубине комнаты. Моё тело почувствовало её присутствие, как только я оказался рядом, — точно так же, как на Хэллоуин и в тот вечер, когда мы познакомились.

Это странная, магнетическая связь. Необъяснимая тяга, мгновенное узнавание. Должно быть, она тоже чувствует меня, потому что почти сразу находит глазами. Я задерживаю дыхание, ожидая неизбежной паники, когда она поймёт, что я рядом.

Но через мгновение после того, как наши взгляды встречаются, она неожиданно улыбается и манит меня к коробкам с пончиками. У меня урчит в животе — отчасти от голода, а отчасти из-за нахлынувшего желания обхватить её лицо ладонями и поцеловать.

Я не могу этого сделать, но, чёрт возьми, думаю об этом ещё как.

Когда я подхожу к ней, остальных парней поблизости нет, и я перестаю сдерживать рвущуюся наружу улыбку.

— Здесь моя сестра, — предостерегающе шепчет она, когда я подхожу вплотную.

Я слегка киваю.

— Мой отец уже пришёл?

Она качает головой.

— Слышала, как кто-то говорил, что ему нужно сначала заехать на склад пиломатериалов.

— Пончики, значит? От мисс Кэти?

— Конечно. Мне сказали, что у неё лучшие пончики в округе. — Она чуть улыбается, а впадинка у основания горла часто пульсирует, словно Виа нервничает. Мои подозрения подтверждает и то, что она явно не знает, куда деть руки: то сцепляет их, то упирает в бёдра.

Наконец она решает скрестить их под грудью.

Из-за этого жеста мой взгляд невольно опускается: её груди так соблазнительно выступают под свитером.

Она досадливо стонет и снова опускает руки вдоль тела.