Теперь это невозможно, — подумал он. Сегодня всё пойдёт по-другому.

Быстро разрастающемуся газовому облаку некуда будет деваться, и оно начнёт давить с чудовищной силой на каждый квадратный сантиметр герметичной камеры.

В том числе и на разрывные мембраны.

Голем глубоко вдохнул и оглядел ряд резервуаров. Он уже представлял, как в хранилище растёт давление… распирает толстые бетонные стены… разрушает разрывные мембраны каждого сосуда. В одно мгновение более двадцати тысяч литров жидкого гелия окажутся на открытом воздухе.

Цепная реакция будет мгновенной и неостановимой — катастрофическое расширение, по силе и разрушительности сравнимое с подрывом мощной боеголовки в таком маленьком пространстве.

ГЛАВА 108

Спускаясь, Лэнгдон с тоской думал, как хорошо было бы, если бы проход за сдвижной стеной вывел их к дневному свету, а не к пандусу, спиралью уходящему ещё глубже под землю. Конечно, у бомбоубежища мог быть нижний уровень: командные центры ядерных сил в горах Шайенн и Ямантау располагались под сотнями метров сплошного гранита. И всё же Лэнгдон надеялся унести добытые доказательства наверх и наружу из «Порога»… а не уходить с ними ещё дальше в недра комплекса.

Возможно, человек, проникший сюда вслед за ними, не представлял угрозы. Но они с Кэтрин не стали испытывать судьбу: сразу начали спускаться, увеличивая расстояние между собой и незваным гостем. Теперь, когда нужные доказательства были у них, оставалось найти путь наружу.

Спускаясь по спирали, они достигли нижней площадки как раз в тот момент, когда над ними раздался пугающий звук — частый, резкий стук твёрдых каблуков по бетону. Кто-то двигался очень быстро. Это был не уборщик.

— Нужно бежать! — прошептал Лэнгдон.

У основания пандуса обнаружилась ещё одна сдвижная стена, точно такая же, как наверху. Они поспешили сквозь проём и оказались в жутковатом коридоре длиной около девяти метров. В слабом свете матово-чёрные стены, потолок и пол больше напоминали мавзолей, чем технический объект.

— Здесь словно другой мир… — прошептала Кэтрин.

Где бы они ни оказались, Лэнгдон отводил им не больше двадцати секунд, чтобы найти укрытие. Винтовой спуск окончательно сбил его с толку; с каждым шагом казалось, что выход через бастион Круцификс всё дальше. Если их заметят здесь, внизу, почти наверняка поднимут тревогу, и выбраться станет практически невозможно.

Они побежали по мрачному проходу мимо длинного окна справа. За стеклом во тьме пульсировало море красных и зелёных огоньков. Лэнгдон едва различал силуэты десятков огромных компьютерных стоек внутри сетчатой клетки.

— Экранирование Фарадея… — прошептала Кэтрин. — Наверное, это квантовые компьютеры.

Лэнгдон мало знал о квантовых компьютерах, кроме того, что их необходимо защищать от космических лучей и других видов излучения. Ещё одна причина, почему «Порог» находится под землёй?

Проходя мимо входа в компьютерную комнату, Кэтрин даже не замедлила шага: она, очевидно, тоже не желала загонять себя в буквальном смысле в металлическую клетку.

Коридор резко повернул налево. За углом включилась новая полоса мягкого освещения, и впереди протянулся гораздо более длинный отрезок такого же чёрного коридора.

— Там! — прошептала Кэтрин, указав вдаль.

Впереди и правда забрезжила надежда, но Лэнгдон снова услышал за спиной отчётливое эхо шагов.

Мы не успеем.

В конце коридора виднелась металлическая дверь, а над нею — надпись на самом кратком и понятном всем языке мира: символ, значение которого читалось мгновенно.

Знак лестницы, ведущей наверх, был отрадным зрелищем. Лэнгдон не сомневался: если они поднимутся на верхний уровень, то сумеют вернуться к выходу из бастиона тем же путём, каким пришли.

Но до лестницы незамеченными нам не добраться, — подумал он, слыша приближение шагов.

В коридоре впереди были ещё два дверных проёма, оба справа. К сожалению, уже отсюда Лэнгдон видел, что они не помогут.

Первая дверь прямо перед ними имела надпись «КЛАДОВАЯ». Если помещение походило на медицинский склад наверху, то представляло собой длинный лабиринт стеллажей с автоматическим освещением и без другого выхода. Смертельная ловушка.

Второй проём, немного дальше, был гораздо шире и находился в углублённой на метр нише. За дверью, судя по всему, располагалось нечто важное: Лэнгдон видел знакомое охранное устройство — круглую пластину чёрного стекла.

Сканер RFID… но у нас больше нет допуска.

Шаги за спиной звучали всё громче.

У двери кладовой Лэнгдон замедлил шаг и остановился: ему пришла идея. Одна из величайших загадок сознания заключалась в том, откуда берутся мысли. Кэтрин утверждала, что разум — приёмник, настроенный на общее поле сознания. Гесснер считала мозг компьютером, в котором триллионы нейронных переключателей просто решают задачи.