Лэнгдон вспомнил похожую подземную систему, соединявшую здания Капитолийского холма. Но, в отличие от старомодных коробчатых вагончиков Вашингтона, эта система выглядела минималистично, изящно и эффективно.

— Хорошо, что вагон находится на этой конечной, — сказала Кэтрин, направляясь к нему. — Добрый знак.

Лэнгдон сразу понял её мысль: раз вагон здесь, значит, тот, кто забрал карту Бригиты, уже съездил на «Порог» и вернулся тем же путём, чтобы выйти. — Верно подмечено, — ответил он, немного успокоившись. — К тому же датчики движения не включали освещение. Похоже, мы одни.

Кэтрин поднялась на платформу, Лэнгдон последовал за ней. Как только они вошли, под ногами возник негромкий электрический гул, и настил словно приподнялся на пару дюймов.

Кто-то или что-то знает, что мы здесь, — подумал Лэнгдон, надеясь, что поезд полностью автоматический… а не что кто-то наблюдает за ними и только что включил систему.

— Маглев, — сказала Кэтрин. — У нас в Калифорнии такой есть.

Как всякий, кто в детстве играл с магнитами, Лэнгдон знал о взаимном отталкивании одноимённых полюсов — силе, достаточной, чтобы приподнять платформу и позволить ей «парить» практически без трения.

— Я не вижу органов управления, — сказала Кэтрин. — Наверное, нужно просто сесть?

Догадка была не хуже других. Лэнгдон сел рядом с ней, так что оба смотрели вправо от платформы. Через несколько секунд на станции прозвучали три низких сигнала, и вагон двинулся, набирая скорость.

Если не считать электрического гула, движение было бесшумным.

Разгон оказался поразительно плавным. Через несколько секунд они уже влетели в тоннель и неслись в темноте, слыша лишь свист проносящегося мимо воздуха.

Фара освещала только небольшой участок единственного рельса непосредственно перед вагоном. В темноте им казалось, что скорость стала пугающей; понять, какое расстояние они проехали, было трудно.

Вдруг Кэтрин схватила Лэнгдона за руку и ахнула, показывая вперёд, в тоннель.

Он тоже уже заметил опасность. Прямо по их однопутной линии навстречу двигалась фара — другой вагон мчался на столкновение.

Было очевидно, что Лэнгдон и Кэтрин вообще не должны были садиться на этот транспорт.

— Здесь должен быть аварийный тормоз! — закричала Кэтрин, оборачиваясь и осматривая всё вокруг.

Лэнгдон в отчаянии метался взглядом из стороны в сторону, ища место, куда можно спрыгнуть, но по обеим сторонам вплотную подступали бетонные стены.

Ослепительный свет приближался, до лобового столкновения оставались секунды. Лэнгдон и Кэтрин схватились за руки и приготовились к удару. Но внезапно их вагон плавно сместился влево, встречный — в противоположную сторону, и обе платформы со свистом благополучно разошлись в чуть более широком участке тоннеля. Мгновение спустя их вагон вернулся к центру, и тоннель снова сузился до одного пути.

Лэнгдон выдохнул, чувствуя, как сердце колотится в груди. — Разъезд, — дрожащим голосом сказал он. — Компьютер синхронизирует движение.

Кэтрин с облегчением глубоко вздохнула и крепко сжала его ладонь.

Такой разъезд позволял не рыть тоннель на два пути, но только что он приблизил Лэнгдона к околосмертному переживанию сильнее, чем тому когда-либо хотелось.

Вагон мчался ещё секунд десять, затем стал замедляться и плавно остановился у точно такой же станции — пустой металлической платформы без указателей. Когда они вышли, электрический гул смолк и вагон опустился на дюйм-другой в неподвижное положение.

— Система из двух вагонов, — сказала Кэтрин. — А значит, мы не можем быть уверены, что тот, кто проник сюда раньше нас… уже ушёл.

Лэнгдон кивнул. На каждой конечной всегда есть по одному вагону.

По его предположению, они находились где-то под северным краем парка Фолиманка, рядом с самой глубокой частью обширного бомбоубежища 1950-х годов.

Вместо дверей лифта здесь был арочный проём без створок. Лэнгдон и Кэтрин прошли через него и оказались перед внушительным контрольно-пропускным пунктом: рентгеновский конвейер, сканер тела, ещё одна биометрическая система, два стола охраны — и никого из сотрудников.

Когда объект заработает, сюда будет не проникнуть, — понял Лэнгдон, обходя сканер вместе с Кэтрин и выходя через пункт в главный коридор.

Пока нигде не было табличек, указывающих, что это объект ЦРУ. Но когда они подошли к двойным стеклянным дверям, Лэнгдон увидел одно слово, выведенное мелкими буквами на стекле.

Подтверждение.

Он протянул руку к дверям, но те сами распахнулись, и коридор за ними сразу осветился. В отличие от ярких прожекторов раньше, здесь свет был мягким. Две приглушённые световые полосы тянулись вдоль нижней части стен, уходя параллельно вдаль, словно огни взлётно-посадочной полосы.