– Еда? Ты достал еду?

Пришлось любезно поправить его:

– Нет, это я приготовилу еду. А что?

– Дайте хоть что-нибудь, пока я не откинул копыта, – пробормотал Зиксин.

Я торжественно вручила ему печенье и спросила:

– Что с тобой?

Он приподнялся на локте и начал старательно жевать, так что мне ответил Хоэль:

– Помогал отцу и деду, только из дворца. Чуть магическое истощение не заработал. 

Я вспомнила свои скудные знания о драконах, почерпнутые у Лайи. Потом задумчиво протянула:

– Да, вторую сущность печеньем не накормишь.

Зиксин вытащил из пакета второе печенье и мрачно кивнул. А я смерила парня оценивающим взглядом. Из дворца, значит… Потом вспомнила, как он что-то старательно вынюхивал в моей комнате и решила, что в эту игру можно играть вдвоем. 

Это шанс уполучить сведения из первых рук.  Его нельзя упускать.

– Ждите, – велела я. – Сейчас что-нибудь принесу.

Полтора противня печенья так порадовали кухарок, что мне без труда удалось раздобыть пару холодных котлет с обеда, хлеб и колечко колбасы. Когда я вернулась с добычей в комнату Хоэля, тот не поверил своим глазам. Я торжественно вручила тарелку со снедью дракону и снисходительно произнесла:

– Ешь давай, а то, правда, если не копыта, то крылья откинешь.

Зиксина долго уговаривать не пришлось. Он тут же вцепился зубами в котлету. А я как бы невзначай заговорила:

– Смотрю, ты и правда прорву магии потратил. Удивительно, что тебя позвали на помощь, ведь дворец закрыт, а ты из внешней стражи. Наверное, ты невероятно талантлив?

Лесть и еда возымели благотворное действие. 

– Фуфна фыла фагия фодных, – жуя, сообщил дракон. – Тханы хранят самую сильную водную магию в Пурпурном городе. Фух, пришлось в одиночку три раза все покои для императорских фавориток проползти чуть ли не на карачках… 

– Фавориток?– переспросила я. 

Только в это момент до меня дошло, что если у императора нет супруги, то такого невероятного мужчину должна непременно окружать толпа женщин. И эта простая и логичная мысль мне отчего-то совсем не понравилась. А еще под рукавом нестерпимо зачесалась алая черта.

Я затаила дыхание, ожидая, что дракон почует ее магию. Но Зиксин продолжил сосредоточенно жевать и на меня даже не смотрел. Тогда я продолжила:

– И много у императора фавориток?

– Ни одной, – сообщил Хоэль, пытаясь запихнуть колбы в шкаф. – Вот уже года два или четыре… 

– Покои стоят пустыми, – кивнул дракон, разламывая хлеб. А затем пожаловался: – И убирают там из рук вон плохо! Под кроватями пыль.

Я задала следующий вопрос:

– И что же вы искали?

Но тут Зиксин важно бросил:

– Государственная тайна.

Больше он ничего толкового не сказал. Но из комнаты парней я вышла с двумя ценными мыслями. Первая – во дворце искали нечто, что можно найти только с помощью водной магии. Вторая… Зиксин явно не интересовался алой чертой на моей руке. 

Она нестерпимо чесалась, пока я не дошла до своей комнаты. Но на этот раз дракон даже не пытался разбудить своей чутье и не взглянул на мою руку. Как будто я вообще перестала его интересовать.

Что же ему было нужно до этого? 

За ужином зал гудел – все обсуждали отмену практики, а преподаватели за своим столом взволнованно переговаривались. А я мои мысли занимал байланг, который остался голодным… Наверняка он не стал есть то, что ему подали кухарки. Сердце сжималось от жалости.

Может быть, поэтому я не смогла уснуть сразу. Проворочавшись в постели битый час, я обреченно встала и зажгла ночник. И тут в окно постучали…

Глава 7/2

Сначала я подумала, что мне послышалось, и недоверчиво замерла. Но открыть не успела. Оказалось, что стук был всего лишь жестом вежливости. В следующий миг створка распахнулась сама, и в комнату царственно выплыла огненно-красная птица.

Алый фениксоид опустился на изножье постели, а затем склонил голову набок, рассматривая меня черным глазом. Я осторожно села на расстоянии вытянутой руки и, затаив дыхание, разглядывала ночного гостя. Что ему тут нужно?

Тот словно прочитал мои мысли и протянул лапу, к которой был привязан алый конверт. 

Сердце забилось чаще. Послание? От… императора? Быть не может!

Конверт я разворачивала с опаской и недоверием. Внутри оказалась пурпурная карточка с эмблемой в виде книг. На обороте был написан короткий приказ: “Выдать адептке Ольсон всю имеющуюся литературу о воспитании байлангов”. К ней прилагалась записка еще короче:

“Возьми книги ДО практики. Потом тебе будет некогда”.

Многообещающе… Что, за полет на байланге меня заставят отмыть дворец от подвала до крыши? Или за день просрочки наказания начисляются штрафные немытые комнаты? Несправедливо! Но кто я такая, чтобы спорить с императором?