Вытираю лицо рукавом и заставляю себя вдохнуть. Потом ещё раз. И ещё.

Коул ждёт. Нужно ехать.

Я включаю заднюю передачу и выезжаю с парковочного места, судорожно проверяя зеркала. Каждая тень кажется человеком. От любого далёкого звука я вздрагиваю. Выбираюсь из гаража длинным путём, объезжая тёмные углы и держась освещённых участков.

Вырулив на главную дорогу, замечаю, что каждые несколько секунд смотрю в зеркало заднего вида. Ищу фары машины, которая едет слишком близко. Машину, которая поворачивает вслед за мной.

Ищу его.

Теперь это моя жизнь, понимаю я. Заглядывать за каждый угол. Вглядываться в тени. Гадать, не собирается ли очередной незнакомец на улице причинить мне боль.

Я не знаю, как быть таким человеком.

Не знаю, как так жить.

Но выбора у меня больше нет.

До «Мёрфис» ехать недолго, однако всё это время меня захлёстывают мысли и слёзы, которые никак не удаётся остановить. В голове бесконечно прокручивается каждое слово Уинтерса, каждая известная ему подробность, каждая угроза.

Как я до такого дошла?

Когда на следующем перекрёстке появляется неоновая вывеска кафе, меня трясёт так сильно, что я едва удерживаю машину на дороге. Сворачиваю на парковку и ставлю автомобиль поближе ко входу, под самым ярким фонарём.

Глушу двигатель.

И просто сижу, уставившись в пустоту, пытаясь вспомнить, каково это — быть той, кем я была всего несколько часов назад.

Теперь она кажется мне чужой.

Кем-то, кого я когда-то знала.

Кем-то, кто ещё не понимал, как быстро ощущение безопасности может оказаться иллюзией. Как легко привычный мир способен превратиться во что-то тёмное, чужое и пугающее.

Я делаю ещё один дрожащий вдох и тянусь к дверной ручке. Нужно взять себя в руки.

Рядом с Коулом мне будет казаться, что я могу с этим справиться. Даже если это не так.

Но под облегчением от предстоящей встречи с ним, под благодарностью за то, что он пришёл на помощь, когда был нужен, скрывается холодная, непреложная правда, от которой не уйти.

Когда взойдёт солнце, мне придётся вернуться домой.

А Ларс Уинтерс по-прежнему будет где-то рядом.

Наблюдать.

Ждать.

И я понятия не имею, что он задумал дальше.

Я, блядь, его убью.

Я, блядь, его убью.

Пока я еду к закусочной «Мёрфис», в голове снова и снова прокручивается, как я разрываю Ларса Уинтерса на части. Я так стискиваю руль, что потом, когда наконец разожму пальцы, они наверняка будут болеть. Он следил за ней. Преследовал её. И всё моё существо требует крови.

Мести.

Я знаю о нём всё. Знаю его лучше, чем он сам себя знает. Найти его сегодня ночью и преподать тот же грёбаный урок, что и Стиву-Говнюку, не составит труда.

Разумом я понимаю, что такая реакция ненормальна. Желание защитить Хейли почти мгновенно превратилось в жажду расправы. Стоило услышать страх в её голосе, как меня сорвало с катушек. И той тёмной части меня плевать и на выздоровление, и на все эти сраные здоровые границы.

Я чувствую, как теряю над собой контроль. И мне, блядь, плевать.

Он угрожал ей. Напугал настолько, что она позвонила мне, захлёбываясь рыданиями. Неудивительно, что эмоции зашкаливают. Я хочу вырвать этому ублюдку глаза и затолкать их ему в глотку.

Телефон лежит на пассажирском сиденье. Я уже подключился к нескольким базам данных, к которым сейчас совершенно точно не должен иметь доступа.

К тому времени, как я въезжаю на парковку закусочной, мне едва удаётся удержаться от желания перезвонить Хейли и попросить разрешения его прикончить. Это было бы слишком просто.

Её чёрный внедорожник уже здесь, под уличным фонарём. Я и так знал, что она умная, но всё равно немного успокаиваюсь: даже в таком состоянии она понимает, что под фонарём безопаснее. Сквозь окна закусочной я вижу её за столиком в углу. Она обхватила ладонями кружку кофе.

У меня сжимается сердце.

Она кажется такой маленькой. Беззащитной. Совсем не похожей на уверенную в себе, умелую женщину, которая украла моё сердце. При виде того, как страх сломил её, во мне просыпается что-то дикое.

Прежде чем войти, я глубоко вдыхаю, пытаясь унять кровожадные мысли, которыми пропитана каждая клетка моего тела. Сейчас Хейли нужен я: внимательный, способный выслушать и поддержать. А не едва сдерживающий себя психопат, который уже продумывает, как стереть её преследователя с лица земли.

Всё это слишком напоминает мне о том, что Стив-Говнюк заставил пережить Эмму. Я, блядь, не вынесу такого. Не смогу сидеть сложа руки и смотреть, как какой-то хищник заставляет идеальную женщину чувствовать себя кем-то меньшим, чем королева, которой она и является.