— Готова ко второму раунду, детка? — спрашиваю я, предоставляя ей самой решать. Теперь всё зависит от неё, и, когда она кивает, я улыбаюсь. — Раздвинь ноги чуть шире. Вот так. Черт, Мэкс. Ты идеальна.

Я не хочу причинить ей боль, но и не хочу давать ей время осознать, что именно я собираюсь в неё ввести. Двумя пальцами я продолжаю ласкать её клитор и прижимаю основание рукояти к её входу, одновременно прихватывая зубами сосок, чтобы отвлечь её от необычного проникновения.

Первая часть ножа скрывается в её киске, и её удивлённый стон разносится по комнате. Несколько быстрых движений по клитору помогают ей расслабиться; с каждым сантиметром, который я проталкиваю внутрь, её тело всё сильнее поддаётся. Когда я довожу её до самого лезвия, она вскрикивает, затаив дыхание.

— Прости, — Мэкс прикусывает нижнюю губу и качает головой. — Наверное, тебе придётся снова заткнуть мне рот. Это… ах. — она покачивает бёдрами, стремясь к новому пику наслаждения. — Это лучше всего, что я могла себе представить.

— Кричи, детка. Всё ведь как в твоём сне, да? Когда все на тебя смотрят. Идеальная Мэкс, — шепчу я. — Устраиваешь настоящее представление.

— Нет. Нет. Я не хочу, чтобы кто-нибудь меня видел. Не хочу, чтобы они знали, что мне это нравится. Нет. Я ненавижу это.

— Ты пачкаешь мои простыни, ангел. Тебе здесь не ненавистно ровным счётом ничего.

— Это всё из-за тебя. Ты заставил меня полюбить то, что раньше мне никогда не нравилось, — она вздыхает. Не знаю, от облегчения, благодарности или смирения, но этот вздох словно переключает во мне какой-то тумблер. Её движения становятся томными, пьянящими. Я не могу отвести от неё глаз, особенно когда она хлопает ресницами и ухмыляется. — Тебе тоже нравится.

— Конечно. Мне в тебе нравится всё, Мэкс.

Моя ладонь скользит к затылку, притягивая её губы к моим. Я целую её, ловя ртом стон, который срывается с её губ, когда мой язык касается её языка.

— Бери всё, что тебе нужно, детка. Я буду смотреть, а потом поклоняться тебе.

— Грязный мальчик, — бормочет она, находя нужный ритм.

Я начинаю ласкать себя в такт её движениям. Каждый раз, когда она проталкивает нож ещё на сантиметр глубже, мой кулак опускается к основанию члена. Я хочу кончить сильнее, чем когда-либо чего-то хотел в жизни, но все мои мысли заняты тем, как я буду трахать её после этого. Она будет такой влажной и готовой принять меня, что от одного предвкушения у меня вырывается стон.

— Ты близко? — спрашиваю я, и она кивает.

— Потрогай мой клитор, — умоляет она, но я качаю головой.

— Только нож, милая. Можешь проявить фантазию.

На её лице мелькает раздражение.

— Можно мне опустить руки?

— Если не будешь себя трогать.

Мэкс меняет положение, морщась, когда нож выскальзывает из неё. Я продолжаю удерживать его, гадая, что она задумала. К моему удивлению, она опускается на колени на матрас. Предплечья ложатся на подушки, и она встаёт на четвереньки, медленно прижимаясь клитором к рукояти. Из её груди вырывается долгий низкий стон, и она закрывает глаза.

— Идеально, — шепчет она. — Просто идеально.

— Открой глаза, Мэкс. Посмотри, что ты натворила.

Она нехотя моргает и опускает взгляд. При виде рукояти и влажного пятна на простынях её щёки вспыхивают ярким румянцем.

— Ты ни за что не смогла бы не хотеть этого.

Я позволяю ей делать всё, что хочется, заворожённо наблюдая, как она снова подводит себя к самой грани. Её дыхание меняется, грудь вздымается в такт движениям, а она всё сильнее стремится к наслаждению, которого, я знаю, так жаждет.

— Хантер, — задыхается она, и я понимаю, что усталость начинает брать своё. Но в её глазах всё ещё горит решимость. Она запрокидывает голову, с головой погружаясь в первобытное наслаждение от того, что получает желаемое. Я слежу за ней не отрываясь, готовый подхватить, если ноги вдруг подведут. — Я сейчас кончу.

— Хорошо, ангел. Тогда теперь моя очередь, — говорю я и целую её.

Она ахает, когда волна наслаждения прокатывается по всему её телу. Я тут же подхватываю её, заключая в объятия, и заменяю нож пальцами. Накатившая следом волна ощущений застаёт её врасплох.

— Какая красивая киска. Я держу тебя.

Мэкс сдерживает очередной вздох, пока я замедляю движения пальцев. Я целую её в лоб и улыбаюсь, когда она ёрзает у меня на руках, приподнимая запястья.

— Отпусти меня, — говорит она. — Я хочу прикоснуться к тебе.

— От такого предложения я не могу отказаться.

Я беру нож и перерезаю верёвки, освобождая её руки. Она кладёт ладони мне на щёки, затем на грудь и целует меня.

— Ты в порядке?

— Я просто великолепно себя чувствую.

Её расслабленная улыбка говорит о том, что она погрузилась в состояние блаженного транса: затуманенный взгляд, лёгкая пелена в голове, полное спокойствие.

— Всё было очень… интенсивно. И прекрасно.