Я вовремя сдержала тяжёлый вздох, который уже готов был вырваться из груди, и с улыбкой напомнила себе, что в этом мире у меня вообще-то совершенно новое, потрясающе молодое и здоровое тело. Никакого остеохондроза, никаких болей в пояснице при смене погоды. Красота! Да если я сильно захочу, с такими ресурсами организма я даже родить ещё смогу… Наверное.

Кстати, о детях. Я внимательно осмотрела Родерика с головы до ног. Парень был толковый, шустрый, но выглядел уставшим и явно недоедал в последнее время.

– Родерик, а ты сам-то где живёшь? У родителей? – мягко поинтересовалась я.

Паренёк вмиг помрачнел, опустил голову и тихо, почти неслышно признался:

– Нет… У меня кроме дедушки и нет никого.

«Ох, точно, – вспомнила я слова старика. – Совсем из головы выскочило!»

– Мои родители подхватили болотную лихорадку пять лет назад, – продолжал Родерик. – А живу я в общежитии магической академии, тут недалеко, через три квартала.

Я ахнула от неожиданности и радостно всплеснула руками:

– Так ты учишься в магической академии?

Родерик поспешно помотал головой и покраснел до самых кончиков ушей:

– Нет-нет, что вы! Учиться там безумно дорого, мы с дедушкой и так едва концы с концами сводили. Да и способности у меня, честно говоря, сильно ниже среднего, королевское пособие мне не светит. Я там просто… убираюсь. Полы мою, мусор выношу и...

Он на секунду замялся, а потом лукаво, чисто по-мальчишески улыбнулся:

– Ну и… за хорошие деньги делаю за богатых адептов домашние задания по алхимии и травоведению. Они вообще ничего не смыслят, поэтому платят исправно, чтобы их не отчислили.

Я не выдержала и громко рассмеялась:

– Ах ты плут! Посмотрите на него! Устроился лучше всех: учится совершенно бесплатно, да ещё и деньги за это получает. Да мне в помощники достался настоящий гений!

– А этот двуногий ничего так! – Трикси снова высунула нос, видимо, почуяв родственную душу. – Не совсем безнадёжный, но…

Договорить мышь не успела. Установившуюся было идиллию бесцеремонно и с грохотом разрушили.

Входная дверь аптеки распахнулась от мощного пинка, заставив несчастный колокольчик испустить истошный, предсмертный звон. На пороге появился приземистый, свирепого вида детина с багровым лицом и кулаками размером с хорошую дыню. На его широкой груди красовался грязный кожаный фартук мясника. Одной рукой визитёр сжимал пустую стеклянную бутылочку с фирменной наклейкой нашей лавки, а во второй опасно поблёскивал широкий нож.

– Где этот старый хрыч?! – взревел мясник, сокрушительным шагом направляясь прямо к прилавку, и с размаху вонзил лезвие в деревянную стойку. – Где он?!

Спящий на скамье аптекарь даже не пошевелился, лишь жалобно всхлипнул во сне, а вот Родерик мгновенно побледнел и, испуганно вжав голову в плечи, попятился:

– О нет!

31

Яростный замах тяжёлого тесака, который этот громила с грохотом вогнал в многострадальную деревянную стойку прилавка, заставил Родерика беззвучно икнуть от ужаса и окончательно слиться с рельефом стены.

Наш колокольчик над дверью всё ещё вибрировал от истошного звона металла, а в воздухе лавки явственно запахло назревающим конфликтом.

Пока детина багровел от собственной ярости и, стискивая кулаки, обводил помещение бычьим взглядом, я действовала на чистых рефлексах. Быстро залезла рукой под пышное кукольное платье, ухватила Трикси за шкирку и бесцеремонно вытащила мышь на свет.

Хвост грызуна, сработав как идеальный навигатор, тут же вытянулся стрелкой и чётко указал на открытый мешок с невзрачными бурыми соцветиями целебной травы.

Зачерпнув хорошую горсть этого сухоцвета, я спрятала руку за спину и осторожно, но уверенно вышла вперёд, заслоняя собой испуганного Родерика.

– Спокойно, уважаемый, без лишнего экстремизма, – произнесла я ледяным тоном и смело посмотрела в налитые кровью глаза громилы. С такими буянами, как с псами: бежать нельзя, а показывать страх смертельно опасно. – Прежний аптекарь буквально час назад продал мне эту лавку со всем содержимым и официально отошёл от дел. Так что махать холодным оружием перед новой хозяйкой – занятие не только бесперспективное, но ещё и наказуемое. Но я пока не стану вызывать стражников, а для начала выслушаю и постараюсь помочь вашей беде. На что жалуемся?

Мясник от такой наглости слегка опешил, но тут же пришёл в себя. Он выдернул тесак из дерева и яростно потряс в воздухе пустой стеклянной склянкой с нашей фирменной наклейкой аптеки.

– Он… он продал мне это! – взревел гигант.

– Это? – Я прищурилась, стараясь разобрать старческий почерк на этикетке. – Что «это»?

Внезапно мясник растерял весь свой запал и залился густой краской, став похожим на перезревшую помидорину.

– Это… короче… не работает это совсем! – буркнул он. – Вообще!

– Ой, не могу! – Трикси прыснула от смеха в моей ладони и отчаянно задрыгала лапками. – Тоня, да он идиот! Скажи ему, что у него смертельный сглаз на левой ноздре, и продай вон тот пук сена по цене чистейшего изумруда… Он нам корову притащит, как пить дать!