– Ладно, – выдохнула я и спрятала вексель в корсаж платья. – Слушай мою команду, мелкая вредительница. Прогонять тебя так и быть не стану. Более того, честно исполню свою часть сделки и постараюсь вернуть тебе человеческий вид, но с одним условием. Ты больше никогда не будешь выдавать желаемое за действительное. Усекла?

Трикси патетически прижала лапку к левой стороне груди и выкрикнула с жутким пафосом:

– Клянусь… Своим собственным хвостом!

Учитывая, что хвост на данный момент являлся её главной движущей силой и по совместительству навигатором, меня это впечатлило до глубины души.

На следующее утро, наскоро умывшись и кое-как разгладив влажными руками серые кружева, я отправилась к спасённому вчера аптекарю, чтобы сделать ему деловое предложение, от которого старик просто не сможет отказаться… Хотя бы из благодарности.

В конце концов, я верила в судьбу и резонно полагала, что небеса не просто так свели дипломированного фармаколога и умирающего хозяина лавки в одном переулке. Не стоило игнорировать знаки свыше, даже если судьба-шутница жестоко скорректировала мои планы и вместо добротной, сияющей стеклом аптеки на центральной площади мне придётся начинать со старого деревянного сарая на окраине.

Но у вселенского юмора есть одно незыблемое правило: на самые жирные минусы всегда внезапно появляются неожиданные плюсы.

И такой жирный… Нет, весьма стройный и роскошный плюс буквально преградил мне дорогу прямо посреди улицы.

Я едва не врезалась в шикарного блондина с такой умопомрачительной фигурой, что у любой проходящей мимо дамы должен был случиться мгновенный спазм сосудов от восторга.

У незнакомца были потрясающие, небесно-голубые глаза, лучащиеся такой невинностью, будто этот мужчина только что сошёл с иконы или, как минимум, из рекламы дорогого парфюма для мужчин.

Изящно поклонившись, он заговорил приятным, бархатным голосом:

– Должно быть, вы не помните меня, леди дель Драго, но на одном из прошлых зимних балов я был представлен вам по всем правилам светского этикета… Генерал Маркус Блэк к вашим услугам.

Он снова низко склонился, пока я мысленно оценивала масштабы неожиданного «плюса» судьбы. Блондин тем временем выпрямился и сделал полшага вперёд, обдав меня тонким ароматом бергамота и белого кардамона:

– Я посмел столь дерзко обратиться к вам посреди улицы лишь для того, чтобы сообщить весьма важную, я бы сказал, конфиденциальную информацию о векселях вашего мужа… Ох, простите великодушно, вашего бывшего супруга. До моих ушей дошли слухи, что вчера вы официально развелись, но… лорд Гаррет дель Драго подло утаил от вас львиную долю своих настоящих доходов. Но теперь, получив от меня исчерпывающую информацию, вы сможете исправить эту несправедливость.

Я прищурилась и, скрестив руки на груди, внимательно присмотрелась к этому сияющему херувиму, который так вовремя нарисовался на моём пути.

Вёл себя он как посланный небесами ангел-хранитель, вот только мне далеко не двадцать лет, и я прекрасно знала, что даже самые прекрасные ангелы никогда и ничего не делают просто так.

За каждым «бескорыстным» предложением обычно крылось либо желание спихнуть тебе ненадёжного клиента, либо провернуть махинацию на складе. Поэтому я не стала тратить время на светское кокетство и спросила напрямую:

– Генерал Блэк, давайте без прелюдий. Что конкретно вы хотите получить за эту информацию?

23

Генерал Маркус Блэк от моей дерзости на мгновение растерялся, даже его идеально отрепетированная улыбка слегка перекосилась, но лорд усилием воли взял себя в руки, изящно переступил с ноги на ногу и снова отвесил мне низкий поклон, безуспешно пытаясь скрыть замешательство за завесой безупречных манер человека из высшего света.

– О, леди Арабелла, вы, должно быть, неверно меня поняли, – выпрямившись, удручённо заговорил он и прижал обтянутую дорогой замшей руку к груди. – Я лишь искренне желаю восстановления справедливости! Ваш бывший супруг поступил неоправданно жестоко… даже низко с женщиной, которая долгие годы была ему верна, делила с ним тяготы военной службы…

– Не пойму, вы желаете посплетничать о моём бывшем супруге? – бесцеремонно прервала я его великосветское красноречие, и генерал подавился остатками фразы. – Или намерены прилюдно унизить меня?

Он бросил на меня такой укоризненный взгляд, словно я только что высморкалась в его кружевной, украшенный фамильной монограммой платок. Но увы и ах, у меня за плечами было немало лет сурового земного стажа в должности руководителя одного из предприятий аптечного холдинга, и в бескорыстное благородство я верила примерно так же, как в целебную силу подорожника при открытом переломе ноги.

Я слишком долго пожила на белом свете, чтобы у меня оставались хоть какие-то иллюзии. Жизненный опыт говорил: если кто-то внезапно делает добро, то он однозначно рассчитывает на некое вознаграждение. И честное слово, гораздо проще, безопаснее и дешевле сразу отдать эту награду звонкой монетой, чем потом этот «благодетель» будет пожизненно вытягивать из тебя соки.