— Чтобы выведать информацию о принце. — Видя моё недоумение, он пояснил. — Только за вчерашний день ко мне три невесты подошли. Если ты тоже хочешь что-то узнать, то можешь даже не докучать меня этим. Обсуждать Его Высочество я не намерен.

Так вот чего он такой недовольный. Думает, что я как остальные. Что ж… Он ошибается. Принц мне не нужен, но и отбор покидать я не хочу. Я буду действовать по рекомендациям Майоли — заведу полезные знакомства. Нет, забираться в кровать к богачам в мои планы не входит, но устроиться в жизни попробовать стоит.

Может быть, я смогу раскрыть свои магические таланты и остаться в академии после завершения отбора. Все это пока лишь мысли, но суть одна — мне нужно задержаться здесь.

— Даже если ты что-то расскажешь, то это будет бесполезно для меня. — Ответила я спокойно.

Большие глаза медового цвета округлились.

— Почему это?

— Потому что ты судишь о человеке, смотря на него через свою жизнь. Я же буду смотреть через свою. Мы разные. Твои суждения могут оказаться ошибочными для меня. Потому я предпочту узнать принца самостоятельно. — Проговорила я.

Мои слова благотворно повлияли на куратора. Он лучезарно улыбнулся. В очах зажегся огонек радости.

***

Она была просто чудесна. Не такая, как все.

Ответ девушки до глубины души поразил Льюиса. Он таращил глаза и глупо улыбался, не в силах отвести взгляд от лица девушки. Она словно светилась. Добро, тепло и миролюбие исходило от неё. Внезапно Льюис почувствовал странное желание прикоснуться к невесте, возможно, даже обнять.

Она непонятливо моргала, взмахивая длинными густыми ресницами. Чистые голубые глаза смотрели на него вопрошающе. Реакция Льюиса явно напрягала девушку. Он отмер и снова улыбнулся, на этот раз дружелюбно.

— И как же тебя сюда занесло? — спросил он. — Тебе не место среди… — Парень хотел сказать «стерв», но передумал. Перед ним нежный цветок, которому незачем слышать грязные ругательства. — Невест.

Блондинка обиделась.

— Недостаточно богата? Или в красоте уступаю? — неожиданно резко отреагировала она. Паж понял, что выразился неаккуратно. Он имел в виду совсем другое.

— Я не в этом смысле! — попытался оправдаться он. Организаторам отбора нет никакого дела до финансового положения невесты. Главное, чтобы была сильной в магическом плане. Да и внешность большой роли не играет. К тому же, стоящая перед ним невеста была просто невообразимо прекрасна. Её небольшое овальное лицо с пухлыми приоткрытыми губами, тонким, немного вздернутым носиком и большими глазами с уверенностью можно назвать прекрасным. Она похожа на милую куколку. — Ты… Другая. Не похожая на аристократок.

— Я и не аристократка. Меня привезли из глубокой деревеньки.

— Меня тоже.

— Ты сирота? — вдруг спросила она.

— Да. Как догадалась?

— Твоя фамилия Даас. И моя теперь тоже. Я подумала, что неспроста император дал мне эту фамилию.

— Она дается всем сиротам, родившимся или получившим документы в столице. — Разъяснил Льюис. Девушка понятливо кивнула.

— Было приятно пообщаться, — сказала она. — Ты, главное, не прыгай.

— Не буду. Не беспокойся.

— Тогда до встречи, — весело попрощалась невеста, напоследок посмотрела на алеющее небо и направилась к лестнице. Легкий ветерок растрепал её распущенные волосы.

— Корделия! — окликнул невесту Льюис. Она тут же остановилась, обернувшись.

— Да?

— Волосы лучше собрать. — Посоветовал парень. — В академии не принято ходить с распущенными.

Девушка поджала губы, посмотрев на густую шевелюру, струящуюся по плечам.

— Было бы чем… — прошептала она под нос, однако паж Его Высочества услышал. Особо не задумываясь над своими действиями, парень стащил ремешок со своего хвоста и протянул его Корделии. Та кротко улыбнулась, принимая подарок. — Спасибо, Льюис!

«Льюис…», — повторил про себя паж. Его имя никогда не звучало так сладко. Он ведь не сделал ничего большого и значимого, но при этом ему были искренне благодарны.

— Удачи, — произнес куратор. Корделия кивнула и отвернулась от него, уходя.

Императорский паж проводил её тонкую фигуру взглядом. На благородном мужском лице против воли расцвела мечтательная улыбка.

18

Я сидела напротив настенных часов, с усердием всматриваясь в стрелки. Мне точно известно, что это устройство именуется часами. И что по ним нужно определять время. Одно меня коробило — я совершенно не умею ими пользоваться.

Увы, Майоли не успел обучить меня этому мастерству.

До моих ушей донесся звон колокола. В семь часов он пробьет в первый раз — так вчера говорил Льюис. Значит, уже семь, верно?

Маленькая стрелочка показывала на золотую цифру семь, а большая на один и два. Если память мне не изменяет, это число двенадцать. Хм… Интересно! Кажется, я начинаю понимать, как работает этот затейливый механизм.