— А я не припоминаю, чтобы спрашивал у тебя разрешения, — промурлыкал псарь, и не подумав убрать от нее руки.

— Она принадлежит мне. Мой трофей, — отрезвил его Ахига. — Ваал подарил ее мне в честь победы в битве при Наар Динур. Я здесь решаю, кому позволено разговаривать с ней, кому — нет.

— Трофей? — нахмурился Агер. — Это уже слишком, — покачал он головой.

— Ты меня услышал, — поставил точку Ахига. — Бери свои вещи, — кивнул он Кассии. — Идем.

Поджав губы, она попыталась поднять свой баул.

Ахига обратил на него внимание, когда она еще только вышла из замка на Третьем круге. Он разрешил ей взять с собой какие-нибудь вещи, но ему и в голову не приходило, сколько барахла одна девка способна притащить в его дом!

Несколько мгновений Ахига наблюдал, как Кассия силилась унести свои отнюдь не скудные пожитки. Ей удавалось приподнять баул, но не более. Куда там тащить его самой!

Агер и легионеры помогать ей не решались, боясь гнева Ахиги. Вот и что с ней такой делать? Тяжело вздохнув, он подошел к Кассии и, забрав у нее мешок, закинул его на плечо.

По пути к дому Ахига не оборачивался — знал, что она следует за ним, слышал ее легкую поступь.

Далеко идти не пришлось — жил он возле казарм в своем собственном маленьком домишке, который раньше был сарайчиком для хранения оружия. Едва Ахига пришел на Седьмой круг, как сразу потребовал отстроить большую оружейную, чтобы мечи и арбалеты не лежали на полу, а были развешаны на стенах ровными рядами.

Когда сарайчик освободился, Ахига решил забрать его себе, чтобы солдаты всегда были поблизости и под контролем. В своей смертной жизни он знавал условия и похуже — спал или в вигвамах, или под открытым небом на голой земле, поэтому кухоньки и маленькой спальни ему вполне хватало для довольной жизни.

Примерно через пару сотен лет, когда Ахига стал полководцем и официально возглавил армию Седьмого круга, Ваал предложил ему перебраться во флигель замка — мол, негоже высокопоставленному легионеру жить в избушке. Ахига отказался. Ваал потом повторял свое предложение еще дважды, но получал тот же ответ.

Ахига не понимал, зачем ему каждое утро плестись на тренировку по длинным коридорам замка, если можно остаться в домике и добираться до поля всего за пару минут. Ради чего ему свои покои?

Дома он лишь ночевал, поэтому какая разница, где спать — в огромном флигеле или в комнатушке? Ему — никакой. А вот для Кассии разница была, причем существенная.

При виде домишки она замедлилась и в неверии уставилась на него. Ожидала чего-то другого от жилища главного полководца? Ну разумеется.

— Добро пожаловать в свой новый дом, принцесса, — ухмыльнулся Ахига.

Толкнув дверь, он шагнул за порог и остановился, ожидая Кассию. Едва она зашла в дом, как Ахига закрыл за ней дверь и запер замок, чтобы никто им не помешал.

— Это кухня, — пояснил он. — За дверью — спальня. Уборная на улице, — пройдя вглубь дома, Ахига скинул баул на пол.

Кассия ничего не сказала, и он посмотрел на нее. Если раньше она держалась стойко, то теперь ошалело осматривала дом и качала головой, словно не верила, что все это происходит с ней на самом деле.

Ничего, привыкнет. Сняв алый плащ, Ахига повесил его на крючок у входной двери. Затем расстегнул крепления брони и бережно сложил пластины на пол в углу, оставшись в штанах и холщовой рубахе.

Вот теперь можно было наконец-то отметить свою победу.

Ахига снова осмотрел Кассию, в особенности задержав взгляд на ее грудях.

Заметив, что именно он разглядывал, она поежилась. Конечно, девочка прекрасно понимала, что ее привели сюда не для светских бесед. Ахига забрал ее себе, чтобы трахать. Когда пожелает, куда пожелает, как пожелает — удовлетворять свою похоть сразу же, едва она возникнет, без необходимости ехать в город и искать себе демоницу на ночь.

Приблизившись к Кассии, Ахига обошел ее кругом. Под его пристальным взглядом она подняла голову еще выше и расправила плечи. Оказавшись позади нее, он остановился, просто чтобы немного поиграть со своей добычей. Кассия ведь чувствовала его за спиной, но видеть не могла, и ей это не нравилось. Она нервно переступила с ноги на ногу.

Лишь выждав несколько секунд, Ахига шагнул вперед и, склонив голову, провел носом по шелковистым волосам на затылке Кассии, вдыхая их аромат. Она даже пахла иначе, нежели прочие его женщины — сладко, с терпкими нотами.

Ему стало интересно, будет ли Кассия такой же сладкой на вкус. Отодвинув с пути золотистые локоны, Ахига скользнул кончиком языка по ее тонкому плечу до уха. И впрямь — сладко, разве что чуть солоновато от пота. А сама кожа — нежная, смягченная маслами и не знавшая трения жестких одежд, только прикосновение шелка.

— У меня еще ни разу не было аристократки, — заметил Ахига. — Ни в смертной жизни, ни в Инферно.