— Я буду спать на полу, — заявила она, готовясь к противостоянию, которого почему-то не последовало.

— Как хочешь, — только и сказал Ахига, снова закрыв глаза.

Не ожидавшая от него согласия, Кассия на мгновение растерялась, однако быстро спохватилась и поспешила убраться подальше, пока он не передумал.

Тут же у нее возникла другая проблема: сбежать-то она сбежала, но где теперь спать? В лунном свете было видно не так много, благо Кассия запомнила, что между окном и шкафом оставалось свободное местечко.

Там она и устроилась. Сложно было выбрать, как использовать одеяло — постелить на пол, чтобы не ложиться на голые доски, или же спрятаться под него. На Седьмом круге ночи были жаркими, поэтому Кассия остановилась на первом варианте. В конце концов, пожелай Ахига взять ее или ударить, одеяло его уж точно не остановит.

Места было так мало, что Кассия не смогла выпрямить ноги. Никогда еще она не спала в таких ужасных условиях и сомневалась, что сможет даже просто прикорнуть, но была твердо намерена попытаться, ведь грядущий день наверняка не готовил для нее ничего хорошего.

Глава 5

— Кассия, — раздался бархатистый баритон, вырвавший ее из сна.

Встрепенувшись, она села на одеяле и тут же застонала от того, как тысяча иголок вонзились в затекшие ноги и спину. Глаза тоже болели — их жгло после ночи тревожного сна, во рту не было ни капли слюны, чтобы сглотнуть и смочить пересохшее горло.

Вскинув голову, Кассия посмотрела на того, кто ее разбудил. Над ней склонился старый бес с аккуратной бородкой, седыми волосами и острыми рогами, один из которых был золотым.

— Алексайос, — вздохнула Кассия, узнав старшего дворецкого Седьмого круга.

Когда она видела его в последний раз, он подавал им с отцом завтрак в обеденной зале цитадели. Насколько помнила Кассия, в то утро оба его рога были на месте. Интересно, что с ним стряслось? Старый дворецкий однозначно не мог участвовать в боях у переправы через Наар Динур…

Впрочем, сейчас у Кассии были дела поважнее, чем гадать о судьбе чьих-либо рогов.

— Солнце уже взошло, — заметил Алексайос с нотами неодобрения в голосе. — Слуги в цитадели просыпаются за час до рассвета, чтобы успеть все подготовить к пробуждению господ.

Так вот в чем дело. Ахига сдержал свое слово и прислал старшего дворецкого, чтобы выдрессировать новую служанку. Теперь-то Алексайос относился к ней иначе, нежели в их первую встречу. Не называл госпожой, позволял себе выказывать осуждение… Горькое напоминание о ее новом месте в этом мире.

— Хорошо, Алексайос, я тебя услышала, — вздохнула Кассия, выискивая в себе силы, чтобы подняться.

— Слугам положено называть меня… — внезапно дворецкий замолк.

Она сразу же поняла, что именно привлекло его внимание. Во сне у нее растрепались волосы, прежде собранные так, чтобы не было видно двух костяных обрубков над висками, каждый диаметром с золотую монетку.

Какой позор! Кассия не хотела, чтобы кто-нибудь о них знал, и всегда их скрывала, подбирая для этого прически… Будь Елена сейчас здесь, она сгорела бы со стыда.

Молниеносно вскинув руки, Кассия принялась лихорадочно зачесывать волосы пальцами. Запоздало она поняла, что спешкой выдала свои нервозность и страх.

Наблюдая за ней, Алексайос вздохнул, и в этом его вздохе Кассия уловила… жалость. Разумеется, он догадался о происхождении этих отростков. К счастью, дворецкий не знал и знать не мог о том, как именно они появились… тем не менее по выражению его лица было ясно, что этим вопросом он сейчас и задавался. Черт возьми!

Быстро закончив с волосами, Кассия поднялась на ноги и расправила плечи.

— Я готова, — выпалила она, надеясь, что Алексайос не станет расспрашивать ее о том, что его никоим образом не касается.

Скептически хмыкнув, он оглядел место ее сна.

— Ты должна следить, чтобы в доме было чисто, — менторским тоном начал Алексайос. — В твои обязанности входит заправлять кровать Ахиги, а уж свою и подавно. Будет лучше, если на день ты вообще будешь убирать постельные принадлежности с пола. Все ясно?

— Предельно, — процедила Кассия, направившись на кухню.

Она не хотела на глазах у дворецкого заниматься ни уборкой, ни готовкой, ни стиркой, ни какими бы то ни было своими «обязанностями». Конечно, Кассия понимала, что рано или поздно кто-нибудь увидит ее в новой роли, но собиралась отсрочивать этот момент до последнего.

Не став настаивать, Алексайос прошел за ней.

— Ахига велел принести тебе еды, — указал он на поднос посреди стола.

При виде завтрака у Кассии заурчало в животе, несмотря на то что ассортимент был более чем скромным: немного хлеба с сыром, пара вареных яиц и молоко в небольшом графине. О, последнее особенно привлекло ее внимание — неужели ей наконец-то удастся попить?

Меж тем Алексайос продолжил: