— Мешок, говорю, протрется, если его по земле волочь, или порвется, если на какой-нибудь корешок или камень напорется, — я забрала у расстроенного морского свина веревку и, чуть отряхнув мешок, закинула его себе на плечо.

— Но как же, я же сильный, — расстроенно протянул он.

— Очень сильный, — не стала отрицать. — Только маленький.

Я была готова поклясться, что он смутился, я наступила ему на любимую мозоль, поэтому поспешила добавить:

— Это же ради маскировки, ты же помнишь? Тактический прием.

— Угу, — уныло согласился фамильяр.

Я еще подумала, как его утешить, и мне пришло в голову:

— Нам просто нужна тележка.

— А?

— Маленькая тележка если бы была, ты бы мог везти на ней какие-то вещи. И мешок бы не волочился по земле, тебе было бы легче.

— Я сильный! Мне не нужно, чтобы было легче! — возмутился гордый морской свин.

— Конечно, тебе это не нужно. Но глупо отказываться от технических средств, которые помогут тебе сохранить силы. А то вдруг война, а ты усталый! Нет, это нелогично. Нужно использовать все возможности себе на пользу, чтобы всегда быть полным сил и во всеоружии.

— Ну, если так подумать, то да, конечно, — задумчиво пробормотал фамильяр.

За разговором путь прошел быстро, и вот мы уже вынырнули к... ручью. Кажется, это место лесные звери использовали для водопоя — в песке и грязи были видны следы копыт. А, может, у ведьмы Аззарры тоже была корова или коза, о которых я не знала. Но главное, что на этом месте тропинка заканчивалась, вокруг только лес.

— Куда теперь? Обратно? — забеспокоился фамильяр, крутясь на месте.

— Ну, уж нет, обратно не пойдем, вдруг ведьма уже в себя пришла. Ты можешь почуять, есть ли люди в той стороне? — я махнула рукой по течению ручья.

Фамильяр забрался на одно из деревьев, склоненных к воде, забавно крутя влажным носиком, покрутился на месте, а потом спрыгнул на землю:

— Да, там люди есть. Недалеко. А как ты узнала?

— Люди всегда селятся по берегам рек, во всех мирах и во всех странах. Если потерялась — надо идти по течению воды, ручей выведет к реке, а чем больше воды, тем больше вероятность встретить людей. Ну, не считая особенно безлюдных мест, но это не про эти земли, тут места плодородные, народа много. Так что пойдем по берегу ручья.

— А ты умная, — задумчиво произнес фамильяр.

— Спасибо, — удивилась неожиданному комплементу я.

Идти вдоль ручья оказалось не так удобно, как по тропинке от домика ведьмы, но кое-где удавалось найти что-то вроде звериных троп, тогда становилось легче. Я уговаривала малыша в животе не буянить и не волноваться, приговаривая то ли для него, то ли для себя, что все будет хорошо.

— Далеко еще? — впрочем, не удавалось удержаться от вопросов. Я уже думала о том, чтобы устроить привал.

— Близко, — фамильяр ловко бежал впереди.

— А теперь далеко?

— Близко-близко! — отвечал он, в отличии от моей длинной одежды, его шерсть совсем не цеплялась за ветки и колючки.

— Да сколько же еще! — не сдержала я стона, в очередной раз перекладывая мешок с одного плеча на другое и продираясь через кустарник.

— Так пришли, — выдохнул как-то удивленно Пушистик.

Я вывалилась из леса прямо на поле, засеянное, кажется, пшеницей. Золотые колосья тяжело клонились к земле, а дальше посреди поля выстроились в ряд мужики с косами. За их спинами женщины собирали из скошенной пшеницы снопы.

Обернувшись ко мне, все удивленно замерли, забыв про покос. Вскрикнула одна из женщин и зажала себе рот рукой, а один из мужиков поднял косу и закинул себе на плечо. Здоровенное лезвие опасно поблескивало на ярком солнце.

— Ведьма! — вдруг закричал один из мужиков визгливо, по-бабьи. — Она проклянет урожай! Держите ее!

Я попятилась обратно в лес.

Глава 13

Я неслась по лесу, не разбирая дороги, а за мной следом — местные крестьяне с гиканьем и криками, будто они загоняют дичь. Выдохлась я моментально, я и на земле-то вела сидячий образ жизни, а уж в этом мире, особенно после того, как начал расти живот, вообще редко куда выходила — Лоренцо считал, что беременная женщина должна сидеть в комнате, обложенная подушками, не дай бог что случится, и выводил меня только на некоторые мероприятия и приемы. Сам при этом не особенно берег мои нервы и не только, так что, полагаю, это был просто повод запереть меня, чтобы не отсвечивала.

С людьми, постоянно занимающимися тяжелым физическим трудом, мне было не тягаться. Сперва я надеялась как-то спрятаться в лесу, затаиться, но ужас и крики за спиной гнали дальше.

— Надо проклясть их всех, чтоб неповадно было, — злобно пропыхтел бегущий рядом Пушистик.

— Нет, — простонала я, поддерживая свой беременный живот, — я и так магию недавно применяла, не знаю, после какой мерки дракончику станет плохо. Да и травой я надышалась, силы недоступны.

— Ох, ты ж... — пропыхтел фамильяр, а потом прыгнул вперед и развернулся на сто восемьдесят градусов. — Тогда я их всех загрызу! — рыкнул он таким низким громким басом, который больше подошел бы здоровенному псу.