— Нет, — призналась я, пробираясь сквозь корни, лианы и мелких животных, которые бегали у нас под ногами. Я решила не говорить правду: что я не чувствовала почти ничего в течение нескольких недель, пока не сделала несколько неудачных выборов той ночью.

Как будто читая мои мысли, Федрик сказал:

— С Кроуфордом… Это было… — Он почесал бицепс. — Как часто ты попадаешь в такие ситуации со своим королем?

— Никогда, — соврала я. Федрик бросил на меня взгляд, и я съежилась, прежде чем исправиться: — Иногда.

— Как такая прекрасная женщина, как ты, оказалась личной целительницей такого короля?

— Ужасная удача?

Когда он улыбнулся в ответ, все его сверкающие белые зубы блеснули на солнце.

— Твоя неудача — моя удача.

На моем лице появилась улыбка. Разговаривать с принцем было так легко. Так легко было притвориться, что я действительно была просто лекарем замка, и моей самой большой проблемой было настроение королевской семьи, которой я служила.

— Почему бы тебе не уйти со своего поста? У меня есть несколько спортивных травм; я найму тебя в качестве своего личного лекаря.

На мгновение обезоруженная, я замялась, не зная, что ответить.

— Я бы так не поступила. Не бросила бы его. Независимо от личных разочарований или чего-то еще.

— Ну, — сказал он после паузы, — это смело с твоей стороны — оставаться рядом с Королем Рэйвенвудом. Путешествовать вместе с ним, — продолжил Федрик, остановившись у поваленного дерева и ловко выхватив топор из моей руки. — Особенно в таком рискованном путешествии, как это.

Как забавно. Я не была храброй ни на мгновение в течение двадцати лет своей жизни — парализованная тревогой и беспокойством — а за несколько месяцев я столкнулась со страхами справа, слева и сбоку, и у меня даже волосы на шее не встали дыбом.

Федрик откинулся назад и замахнулся топором на гибкое, покрытое мхом дерево, разделив бревно одним чистым ударом. Мускулы его спины играли под промокшей белой рубахой, когда он с новым кряхтением нанес следующий удар и, присев, протянул мне расколотые поленья.

— Обычно это не так, — сказала я, прочищая горло. — Смелость — это скорее про моего брата и сестру.

— Правда? А ты тогда…

Я задумчиво покусала щеку.

— Ответственная?

В его глазах мелькнуло понимание.

— Значит, мы с тобой играем похожие роли. Так твои брат и сестра — они действительно храбрые или просто безрассудные?

— В большинстве случаев Райдер не понимает ситуацию достаточно хорошо, чтобы осознать, что ему следует бояться. А Ли слишком мала, чтобы понимать, как много есть причин для страха. — Я пожалела о своих словах, как только их произнесла. Теперь она видела, насколько жестоким может быть мир.

Почувствовав мрачное направление моих мыслей, Федрик положил свою широкую ладонь мне на плечо. Его хватка была теплой и ободряющей. Твердой и надежной — точь-в-точь как поленья, что я держал в руках.

— Риску. прозвучать грубо… когда я впервые встретил тебя, ты казалась, ну… ты казалась немного грустной. Мне очень жаль. За все, что пришлось пережить тебе и твоей семье. Если тебе когда-нибудь понадобится поговорить, я рядом. Целители слишком часто вынуждены быть свидетелями кровавой бойни.

Мне хотелось смеяться. Я и была той бойней.

— Спасибо, — сказала я вместо этого.

— У меня тоже есть младшая сестра. Думаю, ты с ней мимолетно встречалась в Азурине. Сера?

— Да, вы близко общаетесь?

— Очень, — ответил он, когда мы пробирались через грязь. — Мы ссоримся как кошка с собакой… или, может, как волк с котенком. Но в конце концов, она для меня самый важный человек в мире.

Я улыбнулась ему, надеясь, что эта улыбка передаст, насколько я понимаю его чувства.

— Так кто же волк, а кто котенок?

— О, я, без сомнения, котенок. Она меня буквально стирает в порошок.

Из меня вырвался редкий смех, и мы оба улыбнулись при этом звуке. Во мне зародилось что-то новое. Это было больше, чем просто восхищение его четким подбородком и ярко-голубыми глазами или тем, как его доброта ко мне раздражала Кейна. Привязанность, как теплая чашка заваренного чая, проникла в мое сердце. Мне нравился этот солнечный принц. На самом деле, очень нравился.

— Мне жаль, что она была помолвлена с Кейном. Я знаю, что все закончилось плохо.

Федрик пожал плечами.

— Это было благословением. Они не сделали бы друг друга счастливыми.

Я перебирала в уме следующие слова, раздумывая, действительно ли я хочу знать ответ. Любопытство взяло верх.

— Частью вашего несогласия с браком было то, что Кейн…

— Придурок? Или Фейри?

Я слегка кивнула, указывая на последнее.

— Я бы солгал, если бы сказал, что не считал это странным. В смысле, он же не человек, верно? Он бы пережил ее, пережил их детей…

Я сжала губы и снова кивнула.