Неподвижный и устрашающий, он широко открывает клюв.

— Та безжизненная кукла, которую ты все еще хранишь?

— Он не…

— То, что осталось от силы Уинифред, покинуло его. И то, что осталось, теперь… примерно.

Мой взгляд скользит мимо его крыла и обнаруживает, что здесь растут посевы, пышные и зеленые — их цвет слишком яркий и прямо как из сна.

— Что значит, примерно?

Он резко сжимается и принимает форму мужчины, и я делаю шаг в сторону, когда он оказывается передо мной. Он моргает совершенно черными глазами. Брюки с высокой талией открывают грудь, обнажая бархатистую серую кожу. Его черные волосы усеяны перьями, которые ниспадают по спине и скапливаются вокруг босых когтистых ног.

Он рассматривает меня, но без зрачков я не могу понять, куда он смотрит. Свет отражается в его глазах, как будто они стеклянные зеркала. Но когда я пытаюсь посмотреть в них на себя, то вижу только звезды.

Я делаю еще шаг назад.

— Мне очень… любопытно, — говорит он.

Я отвожу взгляд.

— Любопытно?

— Ты оживила Холлоустолка, не так ли? Даже если это было случайно. Последние остатки магии Уинифред остались и в Холлоустолке, и в доме, живя еще долго после ее смерти. Поскольку ее артефакты были потеряны во время шторма, было уничтожено и то, что связывало Холлоустолка с живыми. Твоего чучела больше нет, потому что не осталось ничего, что могло бы его здесь удержать.

Мои губы приоткрываются.

— Ему нужно быть привязанным… к чему-то?

Король Ворон мычит, не отвечая мне.

— Он пришил себе член. Поначалу его решение меня удивило, но, возможно, я начинаю понимать для чего.

Делая вид, что не понимаю, что он имеет в виду, я качаю головой.

— Я здесь, чтобы обсудить условия пакта.

— Конечно, ты не справилась со своей задачей.

Он уносится прочь.

— Сначала нам следует обсудить это.

Он указывает на меня когтистым пальцем, который медленно сгибается внутрь.

Я настороженно смотрю на него.

— Вороны не останутся голодными. Я заготовила для них достаточно еды на зиму.

— Это хороший жест. Но принцип остается. Земля благословлена процветанием, и это процветание предназначено для того, чтобы кормить моих ворон.

— Возможно, это и так, но были и другие обстоятельства, о которых я уверена, что ты знаешь, и поскольку тебе нужно кормить своих ворон, а твое благословение не смогло удержать торнадо, я нужна тебе. Итак, я подготовила свои условия.

— Как жаль, что руки есть только у людей, — вздыхает он, указывая на меня. — Ты прибыла на эту ферму с намерением отречься от престола. Зачем менять свое мнение? Может быть, из-за этого пугала?

Я не вижу причин лгать ему.

— Да. Это из-за Холлоустолка.

— Интересно.

Я хмурюсь.

— Почему это интересно?

— Ты человек, а он…

Король Ворон снова щелкает пальцем, как будто ищет слово.

— Нет? — подсказываю я ему.

— Да. Нет. Он никто.

Я прижимаю язык к небу, ненавидя ту боль, которую причиняют мне его слова. Потому что Холлоустолк — это все для меня. Сам факт того, что Король Ворон называет его ничем, делает Холлоустолка значащим гораздо больше.

— Я хочу изменить условия пакта.

— И почему я позволю это?

— Потому что я готова предложить что-то лучшее, нечто большее.

— Лучше, чем еда? — смеется он. — Что-то подобное существует?

— Тот факт, что ты умеешь шутить в такой момент, значительно снижает мое мнение о тебе.

Мои глаза сужаются.

Он открывает рот и… каркает на меня.

Нахмурившись, я скрещиваю руки на груди и тревожно отвожу взгляд.

— Верни Холлоустолка к жизни и привяжи его ко мне. Взамен я останусь в «Пристанище Ворон» и буду заботиться о воронах не только зимой, но и в течение всего года, и буду продолжать делать это до конца своей жизни.

Я наблюдаю за его лицом.

Он постукивает по губам.

— У меня есть еще одно предложение, хочешь его услышать?

— Какое?

— Убедись, что вороны накормлены всю следующую зиму, и тогда мы закончим. Твой долг будет прощен, а договор расторгнут.

Я изучаю его, ищу подвох. Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Я не осознавала, что что-то подобное возможно.

Его глаза мерцают.

— Это соглашение устарело, и я задаюсь вопросом, не просрочен ли, возможно, срок действия пакта.

— Что будет с Холлоустолком?

— Он останется таким, какой есть сейчас, а не тем подлым негодяем, который пугает мою стаю и режет своей косой ее прекрасные перья.

— Холлоустолк не подлежит обсуждению.

Король Ворон поворачивается к дому.

— Да? Тогда я предложу третий вариант.

Он делает несколько шагов в сторону, и после секундного колебания я следую за ним.

Посевы раскинулись по тропинке перед ним.

— Ты можешь его найти.