Капли дождя разбрызгиваются по моему лобовому стеклу, и я вглядываюсь в облака. Мрачные и серые, они быстро сгущаются, отражая мое настроение. У меня такое ощущение, будто я еду на автопилоте.

Раз ферма в чужих руках, все, я не смогу передумать.

Дождь усиливается, и я включаю дворники, а затем пытаюсь поймать местную радиостанцию, чтобы узнать погоду.

— Это Майки Джей, он рассказывает вам последние новости. Если вы направляетесь в Хани-Фолс, на шоссе 109 произошла автомобильная авария, из-за которой поездка задерживается на десять минут. Грозовые тучи быстро надвигаются с северо-запада. Дождь и ветер ожидаются во второй половине дня и до позднего вечера. Берегите себя, ребята!

Я добираюсь до «Хлеб и фасоль», когда по улице проносится еще один порыв ветра. Найдя место для парковки на Мейн-стрит, я достаю зонтик. Подбежав к кофейне, я ныряю внутрь. Миранда машет мне рукой из-за стола. Когда я подхожу к ней, она встает и неловко меня обнимает.

— Какая жуткая у нас погода, да?

Я шаркаю на свое место, убирая зонтик.

— Я не ожидала, что все станет настолько плохо и так быстро.

— Лето гаснет, как выключатель в Элмстиче.

Она усаживается на свое место и наливает в кофе еще сливки.

— Если хочешь что-то заказать, сделай это, потому что мы можем потерять электроэнергию. Я могу подождать.

Я бросаю взгляд на стойку, а затем снова на продуваемые ветром кусты на обочине.

— Я в порядке. В последнее время у меня пропал аппетит.

Она отмахивается от меня.

— Кофе не имеет ничего общего с аппетитом.

— Ты права, — смеюсь я. — Это не так, но я все же обойдусь.

Я скручиваю пальцы вместе, стараясь не ерзать слишком сильно. Часть меня хочет прямо сейчас сказать, как есть и быть с ней начистоту… Другая часть, старая Делайла, призывает меня молчать.

— Как ты?

— Я в порядке. Готовлю запасы к осеннему сезону. На следующих выходных я устанавливаю стенд в «Тыквенной грядке» в Уэйверли. В это время года я всегда много продаю.

— Звучит весело.

— Приятно видеть, как все дети получают свои тыквы.

— Бьюсь об заклад.

Разговор затихает, когда мое внимание привлекает переднее окно, где град начинает стучать по стеклу.

Надеюсь, Холлоустолк не работает снаружи.

— Ты взволнована?

Я снова смотрю на Миранду.

— Что?

— Насчет возвращения домой? Ты взволнована?

— О. Да. Я с нетерпением жду этого.

Она делает глоток кофе.

— Ты не выглядишь взволнованной.

Я сплетаю пальцы вместе.

— У меня много мыслей.

— Ты в порядке?

Нет, нет, я не в порядке. Возможно, я совершаю самую большую ошибку в своей жизни.

— Да, со мной все будет в порядке. На этой неделе собираем урожай. Вот и все.

— Ой, как весело!

— Ага.

Я снова погружаюсь в тишину, мой взгляд снова скользит к окнам.

— Миранда, — начинаю я, оглядываясь на нее, но колеблясь, опуская глаза на свои заламывающие руки.

— Ты передумала, не так ли?

Вдыхая, я поднимаю взгляд. Она бросает на меня задумчивое выражение, которое превращается в мягкую улыбку.

— Да.

Больно даже представить, как мы прощаемся. С Холлоустолком, фермой, городом и даже воронами. Я никогда не думала, что привяжусь к этому месту.

Я не могу представить себя без фермы, которая украла мое сердце. Буду скучать по кофе и утреннему джазу. Зловещей ухмылке Холлоустолка.

Я буду скучать по лесу и воронам, долгим жарким дням и сильным штормам. Звукам карканья на ветру. Свежим фруктам и овощам из сада. Я даже буду скучать по Красноглазому.

Прикосновениям Холлоустолка. Блеску в его глазах. То, как его пальцы заставляют меня дрожать всякий раз, когда он прикасается ко мне.

— Это нормально — иметь сомнения. Если тебе нужно больше времени…

Вдалеке звучит сирена, прерывая ее. В магазине воцаряется коллективная тишина, разговоры затихают, а головы поднимаются. Бариста, готовя чей-то напиток, выключает музыку.

— Предупреждение о торнадо, — говорит кто-то.

Окна трясутся от порывов ветра. Люди, сидящие рядом с ними, отступают назад. Некоторые надевают куртки и выбегают на улицу, чтобы посмотреть.

Миранда достает телефон и встает.

— О боже.

Мои ладони становятся липкими, когда мерцает свет.

— Что происходит? Действительно ли приближается торнадо? Я должна беспокоиться?

— Кто-нибудь что-нибудь видит?

Один из зрителей возвращается.

— Да, я думаю, что есть настенное облако, но воронки я не вижу.

Миранда смотрит на меня.

— Мне нужно идти.

— Все, пожалуйста, — кричит бариста, — идите в заднюю часть здания!

Волна едва сдерживаемой паники накатывает на оставшихся клиентов, они хватают свои вещи и уходят на кухню, а еще несколько уходят на улицу.

Миранда направляется к двери, а я гонюсь за ней, стараясь не поддаваться панике.

— Сирены включаются только в том случае, если замечен торнадо.

Мое лицо становится пепельным.

— Тебе стоит идти туда?