— А что, если он не вернётся?

Она одаривает меня понимающей улыбкой.

— Тогда ты будешь его искать.

— Он предал меня, — говорю тихо.

Анджела ведёт меня дальше. Мы останавливаемся недалеко от озера и садимся на каменную скамейку .

— Понимаю.

— А Габриэль когда-нибудь?..

— Он бы не ходил среди живых, будь это так, — откровенно отвечает она.

— Это случилось давно, но…

— Дамиано надёжный мужчина, Людовика. Он один из немногих в этом мире, кого я действительно уважаю. Я не забываю, что он преступник, но у нас есть правила, понимаешь, и он никогда их не нарушал. — Она смотрит на гладь озера, разглаживая платье. — У меня нет особых советов, но я могу сказать одно: не позволяй прошлому стать твоим настоящим.

— Ему нужна служанка рядом, а я не готова ею быть.

— И ты права, но не думаю, что от тебя он хочет этого. Наш мир с трудом принимает современность. Патриархальные взгляды родителей запечатлены в клетках наших тел, но всегда есть исключения. Посмотри на меня. Все говорили, что у меня ничего не получится, и всё же… Дамиано — ещё одно исключение. Он мог выбрать любую женщину , но он выбрал тебя, чтобы ты каждый день напоминала ему , что прежде чем быть его спутницей, ты — личность и поэтому хочешь, чтобы к тебе относились с уважением.

— Я не его спутница.

— Какая чушь! — восклицает она. — Конечно, ты такая!

Я встаю и начинаю ходить взад-вперёд.

— Ты ошибаешься. Ты видела, как он на тебя смотрит? Ты не понимаешь!

— Людовика, все так на меня смотрят не потому , что я красивая или потому , что они меня желают, а из-за той силы, которую я олицетворяю. — Анджела встаёт и подходит ко мне. — Морган остановил его. Ты не заметила? Ты не видела, что Дамиано собирался вырвать Тристана из твоих объятий? — Она ласково проводит по моей спине и улыбается. — Дамиано оставил тебя здесь, зная, что не вернётся в Штаты ещё месяц. Что ещё он мог сделать, чтобы показать тебе, насколько ты важна для него?

— Ч-что ты говоришь?

— Он уважает тебя, и поверь мне, такое случается редко, особенно среди таких мафиозных боссов, как он.

Мы продолжаем нашу прогулку . Хруст гравия под ногами, прохладный ветер будоражит мои мысли, и на сердце внезапно становится тяжело.

— Но мы же женщины, и требуем от мужчин большего, не так ли? Месть течёт в твоих жилах вместе с кровью, Людовика, я чувствую это, я вижу это. Поэтому я тебе помогу .

Я кусаю нижнюю губу , комок гнева сжимается в центре груди при воспоминании о вилле «Мафальда».

— Ему придётся думать, что… Он должен подумать, что между мной и Тристаном что-то есть, — шепчу я. Анджела останавливается, опускает руки мне на плечи и мило улыбается.

— Именно.

— Разве это не создаст тебе проблем?

— Вовсе нет. Это не мой выбор, а твой, и Дамиано никогда не узнает об этой сделке. Но будь осторожна, не заходи слишком далеко. С такими, как мы — не шутят .

Глава 33 Дамиано

Лениво положив ноги на стол, и с сигаретой между пальцами, смотрю в сад, что открывается из окна моего кабинета. Тот самый, в котором почти каждый день загорала Людовика. Рукава на рубашке закатаны, верхние пуговицы расстёгнуты, мысли становятся ядом. Мышьяком.

Прошло пятнадцать дней с тех пор, как отвёз Ви в Палермо. Я видел, как она бежала за мной по дорожке сада. Облако пыли медленно поглощало её фигуру, пока мои руки сжимали руль, а в сердце рычали воспоминания, как сам был на её месте много лет назад. Как только свернул на повороте, я улыбнулся, но не от удовольствия. Существует сила, упорно разделяющая нас, нечто, что мы носим в себе и что скрывается в глубинах души, как яд. Прошлое, оно обвивается вокруг длинных рук настоящего и своей чёрной тенью затмевает всё, даже будущее.

Оставляю сигарету на пепельнице. Из колонок звучит композиция в исполнении Lazza — 100 messaggi — и слушая, я прикусываю внутреннюю часть щеки. Это последняя песня, которую Людовика слушала со мной в машине. Я прислоняюсь головой к кожаному креслу и вздыхаю, глядя на стол, где лежат отчёты. Опять недостача, слишком большая, но мои мысли где угодно, только не здесь. Я думаю о Людовике, и о времени, которое она проводит с этим грёбаным охранником. Думаю, что за всё это время она ни разу меня не искала, ни сообщения, ни звонка. Вспоминаются слова Анджелы, когда на днях позвонил ей, чтобы узнать, как дела.

— Хорошо, Людовика на пляже с Тристаном.

Тристан…

Я сбрасываю ноги со стола и ругаясь сквозь стиснутые зубы, злющий, подхожу к окну.

Тристан.