Я наполнил два стаканчика навынос и стал ждать Кеннеди у входа. Через несколько минут она вышла из коридора. На ней была джинсовая куртка, короткая юбка и сапоги; выглядела Кеннеди не очень довольной.

— Идеальная одежда для прогулки.

— Я знаю, что ты хочешь сделать, вот-вот пойдёт дождь. Не хочу промочить свои новые конверсы.

Я открыл дверь.

— Будет весело.

— Робин, разве ты не должен работать?

— Могу отложить.

Она посмотрела на меня умоляюще.

— Пожалуйста.

— Если ты не хочешь идти своими ногами, могу тебя отнести.

Мы вышли из квартиры и вошли в лифт. И пока стояли рядом, я почти инстинктивно потянулся под её юбку , прямо на уровне ягодиц.

— Мистер Стрэнджер, будьте хорошим мальчиком.

— Мне нравятся твои юбки.

— Мне тоже, и постепенно я заполню шкаф, которого у меня нет.

— Осознанные покупки.

— Осознанные мои, а не ваши.

Звонок оповестил, что лифт прибыл на этаж, поэтому я убрал руку , и мы направились к выходу . Выйдя из Crisom, я заметил, что дождь уже начался. Не дожидаясь меня, Кеннеди пошла к той части тротуара, где находился пешеходный переход.

— Не хочу ещё больше рисковать своей жизнью, — сказала она, и я был вынужден последовать за ней.

Мы встали с небольшой группой людей, уже ждавших зелёный. Когда светофор поменял сигнал, мы быстро перешли дорогу , опережая остальных.

Кеннеди была раздражена, но не настолько, чтобы начать возмущаться.

Я знал, как она ненавидит дождь, и Кеннеди была в курсе, что мне нравится её раздражение. Но в жизни мы пережили слишком много бурь, и кто знает, сколько их ещё будет, так что лучше привыкнуть к непогоде. Мы вошли в парк с западной стороны, Crisom возвышался позади нас. Туристы исчезли, спрятавшись где-то, когда начали падать первые капли. Воздух наполнился тем неповторимым запахом дождя на асфальте и влажной земли. Мы шли бок о бок, не говоря ни слова; наши предплечья соприкоснулись, и мне хотелось взять её за руку, но я не знал, как Кеннеди отреагирует на этот публичный жест, который, хотя и был привычным между нами, использовался только в те моменты, когда мы сидели взаперти в моей квартире. Я увидел, как она заправила прядь волос за ухо.

— Я вас побью, мистер Стрэнджер.

— Мудак, мазохист?

— Садист , засранец.

Я хихикнул. Она была такой красивой, когда злилась.

Мы продолжили идти по аллее, усаженной деревьями, а затем свернули на одну из боковых тропинок, где деревья становились гуще. Там, среди тёмной зелени и размытых очертаний далёких зданий, мы нашли одну из самых укромных скамеек — одну из моих любимых.

Я сел, а Кеннеди, точно так же как и в первый раз, осталась стоять на тропинке, мокнуть, косо на меня поглядывая.

— Продолжим с того места, где остановились? — спровоцировал я.

— Напомни мне, чем всё закончилось в прошлый раз.

— Это было как-то связано с тем, как ты на меня смотрела.

— Ах, правильно, я только что поняла, ты можешь быть лучше, чем пытаешься казаться.

— И это так?

— Сейчас я бы сказала, нет.

— Здесь под деревьями дождь не достаёт .

— Деревья — громоотводы, Робин.

— Я защищу тебя.

— От чего?

— Я могу защитить тебя от многого.

Она слегка склонила голову , затем неохотно подошла ко мне. Кеннеди села и скрестила руки перед собой, несколько капель стекали по её шее.

— Да, у тебя есть такая предрасположенность, и я не забываю о том, что ты для меня сделал, но я хочу двигаться вперёд самостоятельно, особенно потому , что рано или поздно во всей своей красе появится Стрэнджер, способный сделать мне больно.

— Кеннеди…

— Я хорошо помню все твои слова, я их не забыла, поэтому готовлюсь, чтобы всё прошло как можно безболезненнее.

— Мне хорошо после долгого времени.

Она наклонилась, чтобы поцеловать меня в щеку .

— Я чувствую это, Робин.

Такое дружелюбное отношение меня смутило.

— Есть одно «но», я уверен.

— Ты хочешь, чтобы было это «но»?

— Эй, никаких игр, мы не такие.

Она покачала головой и покорно улыбнулась.

— Именно, мы — никаких вопросов, никаких ответов.

80

Кеннеди

Я посмотрела на плюшевого медведя, затем перевела взгляд на экран телефона.

Снова медведь.

Ещё раз на телефон.

Перед чисткой я сфотографировала каждую плюшевую игрушку , чтобы потом поставить их точно на то же место. Но из чистого любопытства я поискала это изображение в Google, и то, что прочитала, меня ошеломило. Если это правда оригинальные предметы, использованные WoW в инсталляции под названием «Молчание медведей», то стоимость каждого из них составляет от десяти до пятидесяти тысяч долларов.

На стене висело шестнадцать предметов.

Писали, что цена за какие-то две игрушки превышала семьсот тысяч долларов.

И потом снова WoW.