— Не давай обещаний, которые знаешь, что не сможешь сдержать.

— Просто сделай так. Я не совершу ту же ошибку дважды.

Я ушла, не ответив, затем перешла улицу, а когда в одиночестве подошла к Crisom, обернулась. Роуэн продолжал стоять на месте, наблюдая за мной с другой стороны тротуара.

На прощание улыбнулась ему и вошла в здание.

Когда я проходила мимо стойки консьержа, меня поприветствовали с тем же уважением, с каким приветствовали жильцов. После ухода Халла, отношение ко мне служащих в Crisom заметно улучшилось. В лифте я нажала кнопку верхнего этажа и, оказавшись в квартире, получила подтверждение не только того, что я одна, но и того, что Стрэнджер следил и шпионил за мной всё это время, хотя я даже не пыталась искать его среди деревьев в парке или за окном ресторана.

Я просто это знала.

Сняв джинсовую куртку , прислонилась к спинке дивана, скрестив руки. Свет включать не стала, в этом не было необходимости. Нью-Йорка с его небоскрёбами было достаточно, чтобы осветить комнату .

Через несколько минут дверь открылась. Стрэнджер закрыл её и встал у консоли, устремив на меня такой же взгляд, каким я смотрела на него.

— Небольшая ночная прогулка? — спросила я.

— Захотелось молочных коктейлей.

— И они были достаточно сладкими?

— Горькими.

Я огляделась.

— Приятно находиться здесь и ждать, когда кто-нибудь войдёт в эту дверь.

— Только если ты точно знаешь, что кто-то вернётся.

— Тебе понравился мой вечер?

— Познавательный.

Отрицать, что всё это время он следил за мной и шпионил, было бы глупо и трусливо.

Этих двух недостатков у него не было.

— Узнал что-нибудь обо мне или о себе?

Он медленно приблизился ко мне, нас разделяли сантиметры.

Протянул руку , прикоснулся к моему лицу и большим пальцем погладил мои губы, вытирая помаду .

— Когда проводишь вечер с тем, кто тебе нравится, то должна возвращаться домой без помады на губах.

Я замерла, заворожённая этой лаской, которая больше походила на доверие, чем на упрёк. Его взгляд, наполненный кажущимся спокойствием, стал насыщеннее.

— А что, если мне не хотелось возвращаться домой?

Его глаза опустились на мои губы.

— Заткнись, Кеннеди.

— Заставь меня заткнуться, Робин.

Его губы нашли мои с точностью человека, который планировал этот момент месяцами. Стрэнджер целовал меня так, словно хотел стереть расстояние, слова произнесённые и невысказанные. Были не просто губы, а зубы, языки, прерывистое дыхание и напористость, не оставляющая места ничему другому.

Ничто не могло нас остановить: остальной мир, наши различия и прошлое могли просто исчезнуть.

Наши губы словно склеились, и если бы вспыхнул пожар, мы бы остались гореть в этих стенах, продолжая цепляться друг за друга. Я схватила его толстовку за край, приподняла, а затем одним быстрым движением сняла. То же самое повторила с майкой, и его обжигающая кожа прижалась к моей. Робин отстранился от моих губ, схватил меня за талию и заставил повернуться. Я положила руки на изголовье дивана, и в поисках Стрэнджера отвела бёдра назад. Он резко вжал свой эрегированный член мне в задницу . Я снова оттолкнулась, и в ответ Стрэнджер укусил меня за шею. Обнимая за талию одной рукой, он притянул меня к себе, а другую руку завёл под юбку , в трусики. Внутрь меня легко скользнули два пальца. И, поскольку меня не касались годами, я чувствовала, что вот-вот взорвусь. Моя голова упала Стрэнджеру на плечи, дыхание участилось. Мы уже перешли все границы, а ещё ведь даже толком не начали.

Робин схватил меня за волосы, прижал к изголовью дивана, снял с меня нижнее бельё и вошёл. Каждый сантиметр сопровождался всё более глубоким стоном. Он не дал мне времени привыкнуть и сразу начал трахать. А я громко стонать. Его руки крепко сжали мою талию, и каждый раз, когда я чувствовала, как его тело прижимается к моему , меня переполняли удовольствие и боль. Он держал меня неподвижно, беря то, что хотел, так, как хотел.

Робин остановился, чтобы повернуть меня, затем поднял, и я обняла его за плечи, обхватив ногами бёдра. Я снова начала целовать его, кусать ему губы, пока он нёс меня на кухню.

Он положил меня на стол, затем безжалостно набросился на мою шею и грудь. Я запустила пальцы в его светлые волосы, дёргая их так же, как он дёргал мои. Робин немного отстранился, чтобы посмотреть на меня, затем обхватил пальцами мою шею, заставляя лечь там, где мы вместе ели. Раздвинул мои бёдра и снова вошёл в меня.

— Об этом я буду вспоминать, когда ты уйдёшь, — сказал он задыхаясь.

Я положила ладонь на его руку .

— Об этом я буду вспоминать, когда закрою за собой дверь.

Он улыбнулся и снова начал двигаться во мне, не отрывая от меня взгляда, заставляя наслаждаться каждым толчком.

И, как всегда с Робином Стрэнджером, слова не соответствовали действиям.