— Ты оказалась в ситуации, более сложной, чем я мог себе представить. Я ничем не мог тебе помочь.

У меня не получилось сдержать саркастический смех.

— Ты думал, я попрошу у тебя денег?

— Нет , нет, конечно, нет.

— Ты за неделю отправил мне четыре письма, звонил мне не менее двадцати раз и ни разу не спросил о моей маме.

— Не был уверен, что не доставлю тебе беспокойство. Знаешь, я никогда не знаю, как говорить на деликатные темы.

— Знай ты меня хоть немного, был бы уверен, — для меня это важно.

Роуэн потянулся, чтобы накрыть мою ладонь, но я отдёрнула руку .

Я никогда больше не позволю ему прикасаться ко мне. Когда мы встретились у входа в клуб, он наклонился ко мне, намереваясь обнять, но я отстранилась.

Я часто представляла себе нашу встречу , готовясь к подобной расплате. Сколько раз думала о том, что не сказала ему?

Очень много раз.

Роуэн был шокирован вторым отказом.

— Ты злишься, я знаю.

— В ночь перед тем телефонным разговором, что длился восемьдесят три секунды, ты был в моей постели. Я помню каждую деталь, ты нет?

— Я никогда не говорил, что больше тебя не люблю.

— Роуэн, у тебя очень странное представление о любви.

— Окей, прости. Мне следовало прийти к тебе, но если бы ты была передо мной, я бы не смог тебя оставить. Я всегда так сильно любил тебя, Кеннеди, и никогда тебя не забывал. Родители прессовали меня с нашими отношениями, и я, как мудак пошёл у них на поводу . Ты можешь думать, что это было легко, но месяцы после твоего отъезда были адом. Я чувствовал себя виноватым и хотел позвонить тебе, но не знал, что сказать.

— Значит, ты два года думал, что делать?

— Я два года думал о тебе. Каждый раз, когда встречался с девушкой, я всегда думал только о тебе.

Я отвела от него взгляд, потому что парень казался честным. И я не могла позволить себе колебаться; скорее сама себе отвешу оплеух.

Роуэн снова протянул руку через стол в безмолвной мольбе.

— Кеннеди, прости меня, я говорю это искренне. Время от времени о тебе ходили слухи, но я всегда защищал тебя, даже когда некоторые говорили, что ты живёшь на улице и…

— И всё же ты мне не позвонил. Я никогда не жила на улице, — сердито ответила я.

— Я хотел, поверь мне, но я просто не знал, что сказать. Когда Карла сказала мне, что встретилась с тобой, что ты работаешь на Манхэттене и что ты отлично выглядишь…

— Тогда она лгунья. Она не могла сказать тебе, что я хорошо выгляжу .

— Окей, она сказала, что ты худая, бледная и в ужасном пальто.

— Была ночь, мне захотелось мороженого, и я спустилась, чтобы купить. Мне не нужно краситься и одеваться так, будто я иду в оперу, как она.

— Эй, для меня ты всегда выглядишь прекрасно!

— В любом случае со мной всё в порядке, так что мне всё равно, что думает Карла.

Официантка подала мне десерт, и я заставила себя попробовать, хотя желудок у меня сжался.

— Кеннеди, я всё помню, — прошептал он. Я посмотрела на него. — Я помню всё о нашей последней ночи вместе. Больно думать, как я поступил, но я не умоляю тебя вернуться или дать мне ещё один шанс. Просто хочу , чтобы ты знала, — я никогда не переставал тебя любить.

С досадой я отложила вилку .

Это правда, я много раз представляла этот момент как способ отомстить ему . Но я также много раз, как принцесса в замке, представляла, как Роуэн возвращается, чтобы спасти меня.

В конце концов, он вернулся, пусть и на два года позже, чем следовало.

И это псевдопризнание в любви было последним, в чём я нуждалась…

72

Робин

Любой, кто носит чёртову белую рубашку в синюю полоску и зачёсывает назад волосы, как Шон Коннери в «007», не заслуживает дышать одним воздухом со мной.

Тот, кто идёт ужинать с девушкой вроде Кеннеди Слоун и тратит время на разговоры, разговоры, разговоры и не слушает , не слушает, не слушает — не заслуживает с ней встречаться.

73

Кеннеди

Закончив десерт, Роуэн поддержал моё желание пойти погулять. Мы покинули ресторан и взяли такси, которое высадило нас у южного входа в Центральный парк, где мы могли прогуляться. Я позволила Роуэну проводить меня до дома, потому как решение уже приняла: я больше с ним не встречусь, не буду читать его письма и отвечать на звонки.

Я не могла сказать с уверенностью, но чувствовала, — Роуэн понял, что всё закончится именно так, и это будет последний момент перед нашим прощанием.

Мы подошли к западному входу в парк, и я остановилась.

— Спасибо за вечер, Роуэн.

— Даже если ты не веришь, я тебя знаю, Кеннеди, и я знал, что всё закончится именно так. У меня не было никаких иллюзий насчёт сегодняшнего вечера.

Я улыбнулась ему.

— Я уже не та, что раньше.

Он взял меня за руку — на этот раз я позволила — и поцеловал тыльную сторону .

— Я всегда буду рядом. Если понадоблюсь тебе, позвони мне, и я сяду на первый самолёт.