— Вы чувствуете себя лучше, потому что меньше злитесь. Вспомните, как вы обращались с Генри до смерти Мэйз. Разве так вы обращаетесь с человеком, который для вас важен?

— Я извинился перед Генри.

— Ваши извинения очень помогли ему, он был в ужасе после того, как вы сказали ему те слова.

Мысль о желании причинить боль Рэгдоллу , заставила меня почувствовать себя полным придурком. Я осознавал свои ошибки, то, как мой лучший друг оставался со мной, несмотря ни на что. И даже то, как Кеннеди простила меня после того, как я запер её в комнате. Робин Стрэнджер вскочил бы со стула, узнав, что я запер девушку на четыре дня в комнате, он бы избил меня, услышав, как я издевался над её матерью.

— Понимаю, что вы пытаетесь мне показать: когда злюсь, я становлюсь мудаком. На днях мне пришла в голову теория: я ненавижу Мэйз за всё, что она сделала. Я люблю Мэйз за всё, что она сделала. Когда эти два чувства нейтрализуют друг друга, я увижу шрам?

— Когда вы вспомните о любви, что испытывали к Мейз в прошлом без злости, вы начнёте двигаться в правильном направлении. Вы даже написали об этом на одной из последних страниц, помните? Вы грустили, а не злились. Понимаете, какие разные последствия возникают из-за этих двух состояний души?

Я потёр глаза.

— Значит, я должен смириться, что стал грустным вдовцом?

— Вам чуть за тридцать. Вы молодой, красивый, у вас есть возможность путешествовать. Вы встретите много людей. Конечно, вам будет грустно, но потребность жить возобладает . Это часть выживания.

— Я пытался, но случайный секс, каким бы приятным он ни был, потерял свою привлекательность.

— Как вы относитесь к возможности будущих отношений?

— Клин вышибает клин?

— Нет , клин рядом с другим клином.

— Есть люди, с которыми мне нравится общаться, но не знаю, назвал бы я их клином.

— Если этот человек заставляет вас чувствовать себя комфортно в здоровых отношениях, пригласите его на ужин, попробуйте.

— Это был не тот ответ, которого я ожидал.

— Робин, можно я буду называть вас Робин?

— Можно я буду называть вас Трой?

— Можете называть меня как хотите. Робин, возможно, есть девушка, которая вам нравится, и это одна из причин, почему начинаете чувствовать себя лучше?

Я не ответил.

Доктор откашлялся.

— Я здесь не для того, чтобы судить. Эта девушка вас развлекает?

— Более или менее.

— Вы человек прямолинейный: да или нет?

— Она меня забавляет.

— Она делает вас более энергичным, более инициативным?

— Вы говорите о ней так, будто она БАД магния и калия.

— Притяжение — это химический процесс, так что технически она ваша добавка.

— На самом деле, я принимаю её ежедневно.

— Почему вы не выглядите воодушевлённым?

— Потому что предвижу кучу проблем.

— Вы сравниваете её со своей женой?

— Такое случается, они очень разные. Во всех отношениях. Эта девушка конфликтная, как и М., но в отличие от жены, она часто соглашается со мной, чтобы я перестал спорить. И она прямо заявляет об этом.

Доктор улыбнулся, как будто заметил что-то, чего я даже не видел.

— На одной из ваших страниц вы писали, как вас изматывали споры, которые Мейз затевала по любому поводу . Теперь вы имеете дело с агрессивной, но пассивной личностью, хотя, надеюсь, умеренной. Вас это пугает?

— Честно? Меня это забавляет, хотя и раздражает. Немного похоже на животных, которые притворяются мёртвыми, чтобы спастись от хищников, понимаете, о чём я?

— Спорить с вами, Робин, может быть сложно. Этот человек знает вашу историю?

— Да, всё до мелочей.

— Тогда вы сомневаетесь, что нежелание конфликта продиктовано сочувствием?

— Нет , Трой, я не вызываю у неё сочувствия из-за смерти жены. Я думаю, что окажись мы в постели, скорее всего, переспали бы друг с другом.

Аарон Т . Бек слегка вздрогнул, но постарался скрыть.

— Я должен был быть менее откровенным? — спросил, улыбаясь ему .

Он ответил мне улыбкой, на этот раз без притворства.

— Я задавался вопросом, когда ваша провокационная и откровенная натура проявится во всей красе. Делал ставку на третью сессию.

— Никогда не делайте ставок на меня, доктор, я совершенно не поддаюсь логике.

Остаток шестидесяти минут прошёл почти приятно. Трой был неплох и дал мне пищу для размышлений. Он даже попытался немного глубже разобраться в Кеннеди, но я бы никогда не сказал ему правду , что живу под одной крышей с человеком, которого заставил стать своей прислугой, чтобы в итоге превратить в объект моих тревог и фантазий. Такие знания могли заставить доктора объявить меня психически опасным.

Я не был опасен и не нуждался в помощи психотерапевта.

Я справлялся наилучшим образом с неоднозначным поворотом, который происходил между нами.

Заставит ли меня Кеннеди заплатить за это? Да, без тени сомнения, и я понял это, когда вернулся домой и обнаружил, что стол накрыт.