Я поехала на метро, но вместо станции Crisom выбрала станцию Herald Square. И оказалась перед огромным магазином Macy’s с его сверкающими витринами и тем винтажным шармом, который в современном хаосе мог сохранить только Нью-Йорк. Вспомнились наши с мамой поездки в Нью-Йорк, когда перед школой мы проводили день за покупками. Я решила зайти.

Было похоже на возвращение во времени назад. Словно я переступила порог реальности, по которой скучала, как по кислороду .

Едва вошла, меня окутал безошибочный запах дорогих духов, тёплый свет и перекликающиеся голоса. Полированные полы отражали вывески, написанные цветом золота.

Я бродила среди дизайнерских сумок, испытывая смесь ностальгии и благоговения. Продавцы-консультанты, все безупречные, улыбались без всякой натянутости. Я поднялась на эскалаторе и побродила по второму этажу . Моё внимание привлекло длинное бордовое пальто. Я взяла его, сняла чёрную толстовку и примерила перед зеркалом. Оно идеально подошло, и на мгновение мне показалось, что я смотрю на лучшую версию себя. Я не могла себе его позволить; пальто стоило половину моего месячного заработка. Вещь была такой же прекрасной, как и невозможной. Я прошла мимо стенда с товарами со скидкой, и цены там определённо были мне по карману . Я заметила джинсовую куртку , больше подходящую для весны. Примерила и её. Куртка села идеально, а за двадцать долларов это была просто находка, поэтому я решила купить.

Пока шла к кассе, раздался рингтон телефона. Звонил Роуэн.

Из-за Стрэнджера я натворила ужасную глупость. Я не просто прочитала письмо своего бывшего, а даже ответила на него, притворившись равнодушной, чего в реальности не ощущала. Потом Роуэн позвонил мне, и я ответила, совершив вторую ошибку.

Это тоже означало переступить порог моей прошлой жизни, но с той разницей, что я притворялась, будто чувствую себя непринуждённо.

Я играла роль той Кен Кен, которую Роуэн был уверен, что снова встретит , и рассказала ему целую серию лживых историй: что я помощница известного и загадочного писателя, живу в одном из самых роскошных зданий Нью-Йорка и моя жизнь прекрасна. Никогда не доставлю Роуэну того удовольствия, которое доставила Карле, когда меня застали с неприкрытой спиной. Мне пришлось выбирать между тем, чтобы послать Роуэна к чёрту , или потешить своё самолюбие. Я выбрала последнее, по крайней мере, на данный момент.

Словно я реализовывала одну из моих фантазий. Я всё ещё могла закончить мечтать, когда и как захочу; по крайней мере, на этот раз у меня была такая возможность.

И я решила продолжить.

Я отошла от очереди и подошла к витрине рядом с кассой.

— Алло.

— Привет , не беспокою?

— Я в Macy's.

— Выходной? У тебя день шопинга?

— Именно, шопинг и уход за собой. А ты?

— Ты не поверишь, но я в Нью-Йорке.

— Ты в Нью-Йорке?

— Да, у папы на этих выходных день рождения. У меня не было занятий, поэтому я подумал, что поеду домой, а раз уж я в городе, то, может, мы могли бы вместе поужинать.

Я оцепенела. Одно дело притворяться, зная, что он за много миль, и совсем другое — оказаться перед бывшим лицом к лицу.

— Роуэн, я... вот, я...

— Мне удалось забронировать столик в DL, так как я учусь с сыном одного из владельцев. Говорят, оттуда открывается фантастический вид на Нью-Йорк, и там отличный лаунж-бар.

Я огляделась, растерявшись.

— Я не ожидала твоего приглашения.

— Ты же не откажешься, правда? Ты сказала, что у тебя свободный вечер.

— Я не знаю, просто...

— Давай, Кен Кен. Ты даже не представляешь, как я хочу тебя увидеть.

Я молчала. В замешательстве. Нет, я не была готова.

— Роуэн…

— Давай, увидимся в семь. Поужинаем вместе, поболтаем и, если захотим, даже потанцуем. Я не приму отказа, иначе мне придётся думать, что ты наговорила мне кучу лжи.

— Я не вру.

— Тогда буду ждать тебя там. Жду не дождусь.

Я сбросила вызов.

«Твою мать, Роуэн».

Как, чёрт возьми, я явлюсь на это свидание? У меня даже ничего приличного не было. Я повернулась к вешалкам с распродажей.

Мне нужно было найти что-нибудь, что могла бы носить старая Кеннеди Слоун.

70

Робин

— В принципе, уничтожается всё по команде, — согласился Рэгдолл.

— В раму встроены долговечные батарейки: как только картина выставляется на аукцион, система активируется дистанционно, и полотно опускается на лезвия измельчителя, — объяснил я.

Я услышал, как Рэгдолл от души рассмеялся.

— Представляешь, какой хаос?

Я бросил теннисный мяч на пол, потом он отскочил от стены, и я поймал его. Я лежал на диване в гостиной, отдыхая после дня, проведённого за совершенствованием эксперимента. Кеннеди ушла утром и вернулась после обеда.

Я слышал, как она заперлась в своей комнате, что к лучшему.

Она назвала меня истериком, и была права: я на самом деле стал истеричным, потому что разговор с Троем снова выбил меня из колеи. Этот сеанс имел тот же эффект, что и массаж шиацу: только на следующий день понимаешь, какой вред он причинил.