— У нас проблема, — начал он.

— Какая проблема?

— По словам медсестёр, моющие средства, которые они использовали для твоей матери, вызвали инфекцию.

— Не может быть, я купила то, что вы указали, и…

— Ты, случайно, их не разбавляла?

— Нет , конечно, нет, — солгала я, чувствуя себя виноватой.

— Медсёстры утверждают обратное, и именно разбавление моющих средств нестерильной водой могло сделать их переносчиком инфекций. Как тебе уже говорили, кожный барьер твоей матери особенно нежен и чувствителен.

— Я ничего не разбавляла, — повторила я, понимая, что моя речь совершенно неубедительна.

— Ну , независимо от того, разбавляла ты их или нет, потребовалось лечение, которое не покрывается ежемесячной платой.

— Какая цифра?

— Больше четырёхсот долларов.

— Четыреста долларов за что?

— Дополнительные часы медсестёр и новые стерильные средства.

— При поступлении мамы сюда, вы заверили, что в счёт уже включён уход за ней, а теперь мне приходится платить даже за моющие средства, — возмутилась я.

— Физическое состояние твоей матери изменилось с тех пор, как она поступила сюда.

— Как, доктор? Она всё время лежит на кровати, не разговаривает , не двигает ни одним мускулом...

— Подвергаешь сомнению мой диагноз? Если да, я могу предоставить тебе список всех процедур и анализов, которые мы проводим ей еженедельно.

— Я знаю их, но договорённость была не такой.

Он сел и открыл папку перед собой.

— Я изучил наш договор, и там есть специальные пункты, касающиеся дополнительного ухода.

Я покачала головой. Меня надули, и я ничего не могла с этим поделать. В эту клинику я поместила маму , потому что благодаря жене заведующего мы получили место по почти разумной цене, но чем дальше, тем больше эта помощь казалась ловушкой.

— Если не согласна, ты всегда можешь найти для неё другую клинику . Только помни, перевод в другое учреждение не входит в стоимость.

Может, мне действительно стоило так поступить.

— Я подумаю. — Я блефовала. Я знала, что не могу себе этого позволить.

Я встала; мне нужно было выйти из этого помещения.

— Место домработницы в нашем доме всегда свободно. У тебя будет дом, может, какая-нибудь красивая одежда…

Я уставилась на закрытую дверь передо мной.

— Как я говорила, у меня уже есть работа.

Из клиники я вышла в подавленном настроении. Я часто испытывала разочарование, беспокойство, гнев, но редко — разбитое сердце. Полностью зависеть от других, не имея возможности предвидеть ни одной из проблем, с которыми мне придётся столкнуться… это пугало.

Сколько ещё я смогу выдержать?

У меня не было дома, мои немногочисленные пожитки уместились в рюкзаке, а у мамы постоянно появлялись какие-то новые нужды.

Опустив голову и чувствуя тяжесть в теле, я быстро пошла к станции метро.

Может быть, мне стоит всем рискнуть и поговорить со Стрэнджером.

В конце концов, что я теряла, кроме работы? Нет , работа мне нужна; она основа для всех моих расходов.

Я сбежала вниз по лестнице и, добравшись до переполненной платформы, стала высматривать свободное место. Я прислонилась к стене и рассеянно огляделась.

В нескольких метрах от меня спиной к стене стоял мужчина. На нём была чёрная толстовка с натянутым на голову капюшоном.

Неужели это Стрэнджер?

Как обычно, его заказы на молочные коктейли были непоследовательны, и хотя я обнаруживала в эти дни дверь закрытой, я не замечала никакого Джона Доу возле обогревателя. Тем не менее, я не переставала думать о Стрэнджере и оглядываться по сторонам.

К этому времени Стрэнджер превратился в навязчивую идею: я видела его повсюду .

Поезд прибыл, я вошла в вагон, затем устроилась у окна, чтобы лучше рассмотреть, но как только поезд тронулся, таинственный мужчина повернулся и направился к выходу со станции.

35

Кеннеди

Ожидая, пока продавец приготовит два молочных коктейля, которые не были молочными коктейлями, я подошла к доске объявлений рядом с прилавком в поисках какой-нибудь полезной информации. Я просматривала объявления о пропавших кошках и вакансиях, но объявлений о сдаче жилья в аренду не было. Я жила в хостеле уже три дня и поняла, что больше не могу там оставаться. Конечно, я тратила меньше времени, чтобы добраться до Crisom, но делить каждую ночь спальню и ванную с людьми, которых я не знала, было кошмаром, поэтому поиск квартиры стал моим приоритетом.

— Готово, — сообщил мне продавец, вернувшись из подсобки.

Я подошла к прилавку и заплатила кредитной картой.

— Могу я задать вам вопрос?

— Опять про Джона Доу?

— Нет-нет, не про Джона Доу . Знаете кого-нибудь, кто ищет соседа по квартире? Или снимает комнату? Даже в общей квартире мой бюджет не очень большой.

— Нет , но если что-нибудь узнаю, дам знать.

— Было бы здорово, большое спасибо.