— Увы, без булочки. Зато обещаю великолепный завтрак в пекарне.

Он отбросил одеяло и сел.

— Сейчас соберусь.

Выйдя из ванной полностью одетым, но всё ещё сражаясь с утренним туманом в голове, Арк увидел Кассию на кухне. Она ждала с дымящейся кружкой и протянула её ему. Первым до него донёсся аромат — ваниль, мёд и тёплое молоко с едва заметной пылью корицы.

— Без кофеина, — сказала она. — Только немного уюта, чтобы ты забыл, что едва миновало четыре.

Арк взял кружку, скользнув пальцами по её пальцам. Тепло впиталось в ладони. После первого глотка усталость отступила ровно настолько, чтобы он улыбнулся. Некоторое время они просто стояли, а тишина дома окутывала их мягким одеялом. Пока никуда не спешили. Только тепло, дружеское молчание и медленно возвращавшийся за окнами свет.

Затем раздался стук — резкий, ритмичный, — а следом безошибочный щелчок внешних чар, подтвердивших знакомую магическую подпись.

— Кайус, — сказал Арк, ставя кружку.

— И Роудс, — добавила Кассия. — Я слышу топот.

Он усмехнулся.

— Он и правда обычно врывается, как ящик петард.

Кассия заправила выбившийся локон за ухо и открыла дверь, уже надев приветливую улыбку. В дом хлынул холодный утренний воздух, а на крыльце стояли они. Кайус, как всегда, выглядел безупречно: выглаженный угольный костюм, белоснежная рубашка, длинные льняные волосы сияют так, словно он сошёл с полуденного портрета, а не явился в предрассветный час.

Роудс же выглядел так, будто боролся с пальто до самого выхода. Взъерошенные кудри, затуманенный взгляд. Он медленно моргнул, словно решая, можно ли считать происходящее утром. Заметив Кассию, расплылся в улыбке.

— Спасибо, что пришли, — сказала она, отступая и пропуская их внутрь. — Да ещё так рано.

Кайус склонил голову.

— Если Арк не упоминал, безбожные часы нам не чужды. Четыре утра — почти цивилизованное время.

Роудс зевнул в сгиб локтя.

— Говори за себя. Я здесь исключительно ради обещанной выпечки и призрачной надежды вздремнуть на чьём-нибудь диване.

Кассия рассмеялась.

— Насчёт дивана ничего не обещаю, зато завтрак будет готов в пекарне через… — она посмотрела на часы, — сорок пять минут.

Роудс оживился. Взял её руку и с театральным размахом поцеловал костяшки пальцев.

— Мисс Аура, вы ангел среди ведьм.

Арк наблюдал из дверей, скрестив руки. Кассия перекинула волосы на одну сторону, шалевый ворот блузки сдвинулся ровно настолько, чтобы открыть маленький чёрный завиток метки связи у основания шеи. Метка темнела на кремовой коже и была ещё достаточно свежей, чтобы хранить память его губ на её пульсе.

Ни один из друзей не посмотрел на её шею. Если они и заметили, то решили промолчать.

Кайус оглядел помещение: деревянные полы тёплого оттенка, истёртую отделку дверных проёмов, тихий покой, окутывавший всё вокруг. Кухня плавно переходила в столовую, а в воздухе ещё держался слабый аромат трав от вчерашнего ужина.

— Чудесный дом, — сказал он, — с мирной Магией Памяти. — Кайус повернулся к Кассии с редкой улыбкой. — Очищение не требуется. Она держится крепко.

Кассия коротко кивнула и тихо произнесла: — Родители купили этот дом, когда уехали из Анджелина. Тогда он был совсем скромным. Они годами копили, чтобы сделать его своим.

Арк наблюдал за ней. Когда люди хорошо жили в доме, воздух менялся. Добрая жизнь рождала добрую энергию: смягчала стены, оседала в половицах, задерживалась в углах, где когда-то звучал смех. Такие места были драгоценными. Могущественными. Благоприятными.

И находить их становилось всё труднее.

Молодые пары, особенно только начинавшие семью, не хотели годами взращивать в доме правильную энергию. Им нужен был дом, уже наделённый душой. Место, пропитанное теплом, Радостью и тихим эхом прожитой с Любовью жизни. Такие дома укореняли счастье, укрепляли связь жильцов и приносили удачу многим поколениям.

Дом Кассии — тихий, обжитой и уютный — был именно таким.

Роудс тихо присвистнул.

— Здесь больше души, чем в половине очищенных нами поместий. Никогда его не продавайте.

Кассия усмехнулась. — И не собираюсь.

— Вот и хорошо, — выпалил Арк, не успев остановиться.

Она подняла голову. Их взгляды встретились, и между ними словно прошёл разряд.

Кассия первой отвела глаза.

— Мне нужно готовиться к рабочему дню. Приходите в пекарню, когда закончите. К тому времени завтрак будет готов.

Арк коротко кивнул.

— Не волнуйся. Я прослежу, чтобы они хорошо себя вели.

— Почему ты всегда говоришь так, будто мы дикари? — пробормотал Роудс у него за спиной.

Кассия помахала рукой и ушла. Арк смотрел, как она идёт по садовой дорожке к белой калитке: дыхание клубится на холоде, рыжие кудри подпрыгивают у плеч с каждым шагом. Затылок покалывало — связь сообщала, что расстояние между ним и Кассией растёт.

Тихий стук отвлёк его.