Шаги Арка слегка замедлились. Как же заманчиво. Дом Оромона был полной противоположностью Анджелину — место незаконченных проектов и тёплого нешлифованного уюта вдали от бесконечной городской борьбы за власть.

— Хотел бы я согласиться. — И говорил искренне. — Но я обязался помочь одному человеку. Не беспокойся о материнском бале. У меня есть план.

Оромон задумчиво хмыкнул.

— План, значит? Теперь мне интересно. Что за интригу ты затеял?

— Это не интрига. Всего лишь договорённость.

Арк пересказал сокращённую версию, а Оромон молча выслушал. После долгой паузы тот произнёс:

— Правильно ли я понял? Ты затеваешь фиктивную помолвку, чтобы мать от тебя отстала? Это… огромная работа.

— Одним ходом она решает несколько проблем, — объяснил Арк, обходя стороной веселье брата. — Я получаю передышку от матери и место в первом ряду на представлении, которое затеял Алдеррат. А спасение приюта от выселения станет приятным побочным эффектом.

— Ты прежде никогда не заходил так далеко. Чем эта кухонная ведьма настолько особенная?

Арк выдохнул, поправляя лацкан, и повернул на запад.

— Одно лишь её существование вызывает у Алдеррата явное раздражение, что делает её исключительно уникальной.

Пауза. Затем протяжное понимающее «м-м».

— Интересно.

— Не ищи скрытого смысла. Я оцениваю актив, а не ухаживаю за ним.

— Ну да, конечно.

Арк покачал головой.

— У меня нет на это времени.

— Почему? Чем ты занят?

— Я… — Он провёл пальцами по волосам, уже готовясь к реакции. — Я иду на встречу с ней.

Оромон выдержал паузу в несколько ударов сердца. Затем произнёс:

— Что и требовалось доказать.

— Это осмотр участка, — настоял Арк; в конце садов уже показались железные ворота «Звёздного света». — Мне нужно увидеть владение.

— Разумеется.

Арк почти видел усмешку Оромона. Тут его осенила мысль, которая поможет «Звёздному свету» и отвлечёт брата.

— Пока я там, покопайся со своей стороны в документах «Звёздного света», хорошо? Посмотри, не найдётся ли чего-нибудь, объясняющего планы Алдеррата на это место.

— Считай, сделано. Сообщу, что обнаружу.

— Благодарю.

— В любое время. — Пауза, а затем нарочито озорной тон: — Постарайся не выглядеть слишком влюблённым во время своего… осмотра участка.

Арк завершил звонок, не ответив. Мимо пронёсся резкий порыв ветра, принёсший из приюта безошибочно узнаваемый, уютный запах свежеиспечённого хлеба.

Он медленно выдохнул и остановился у края садов, глядя на здание впереди. Инструмент, ключ к разрушению планов соперника — вот и всё, чем должна была стать Аура Кассия. Средство помешать козням его матери и Алдеррата. Развлечение на время праздников.

Так почему мысль пройти через эти ворота казалась не стратегическим манёвром, а чертой, за которую он шагнёт без возможности вернуться?

Он снова покачал головой.

Действительно неожиданно.

6

КАССИЯ

Сквозь испещрённое инеем окно Кассия наблюдала, как Арк неторопливо пересекает сады Элдрин, будто ни холод, ни само время не имели над ним власти. Как, должно быть, чудесно. Когда он назначил встречу на три часа, она повесила на дверь пекарни табличку «После часа вся выпечка за полцены» и бросилась на поезд до станции «Единство», всё ещё стряхивая муку с рукавов. А он тем временем прогуливался по парку, словно больше ему идти было некуда.

Сегодня на нём снова была тёмная шерсть — строгий крой, ткань выглядела такой мягкой, что у неё чесались руки прикоснуться, — и опять ни следа дэймарской синевы.

В Мередите цвет означал принадлежность: демоны носили особый кобальтовый с оттенком индиго, эльфы — королевский пурпур, ведьмы — сочную зелень, люди — багрово-красный. Кассия не имела права ни на зелёный, ни на красный. Она принадлежала к обоим народам, но недостаточно — ни к одному. По крови и положению Арк имел полное право на дэймарский синий. Но предпочитал его не носить.

Но… почему?

Она знала, каково стоять за пределами круга, прижимать ладонь к преграде и чувствовать недоступное тепло. Каждый сирота из «Звёздного света» знал эту боль. Всю жизнь Кассия хотела — жаждала — двери, которая останется открытой.

А Варил Аркенот родился перед всеми уже открытыми дверями — и ни в одну не желал входить.

Праздный. Пустая трата хорошей крови, как писала светская хроника. Но Кассия умела читать пространство, которое люди оставляли вокруг себя. Вокруг Арка оно пустовало не от лени. Скорее походило на крепость.

И ей хотелось заглянуть внутрь.

Когда он дошёл до тротуара, она вышла открыть калитку.

— Благодарю за сегодняшнюю каллу, — сказал он с намёком на улыбку.

Кассия усмехнулась.

— Твоя мне понравилась больше. Теневые вороны — очень таинственно.

— Ваша выглядела красивее. И пахла приятнее.