— Девлин, грубить совершенно незачем.

Арк, однако, не выглядел оскорблённым. Напротив, его лицо словно наполнилось теплом, которого Кассия прежде не видела, будто забота Девлина отперла дверь, о существовании которой она не знала.

Он сказал ей:

— Девлин не грубит. Я иного и не ожидал. Так и поступают в дружной семье: защищают друг друга.

Девлин ещё мгновение не отводил глаз, взвешивая его слова. Затем медленно и решительно кивнул, откинулся на спинку стула и вернулся к чаю.

Только тогда Кассия, сидевшая напротив, позволила себе выдохнуть.

Вот, значит, как.

Арк только что прошёл самое важное испытание «Звёздного света».

7

АРК

Пироги были приготовлены превосходно — мягкие и сладкие, — но магии в них не было. Миссис Тимбл и Матильда прекрасно готовили: годы, проведённые за кормлением целого дома детей, чувствовались в каждом заботливо сделанном лакомстве. Однако мастерство и чары — совершенно разные вещи.

И всё же, оглядывая сидевших за столом, Арк ценил теплоту этой сцены. Дети болтали между кусочками, липкими пальцами макали чайные пирожные в чашки; в их непринуждённой радости не было ни тени настороженности. Простое удовольствие, никак не связанное с магией и всецело рождённое заботой, привычным распорядком и уверенностью, что каждый день тебя накормят за тем же столом.

Кассия удивилась, когда он согласился остаться, но пироги были не единственной причиной. Его удержала магия дома — та невидимая сила, что упёрлась в него на пороге, не позволяя войти. Она не была враждебной, но не заметить её было невозможно. И отступила она лишь после того, как Кассия вслух пригласила его внутрь.

Даже сейчас нечто разлитое в доме окружало его, надавливало на границы восприятия. Оно не ударяло и не набрасывалось — по крайней мере пока, — но всё равно сопротивлялось ему.

Это не походило ни на знакомый древний пульс Магии Земли, ни на остаточный след Магии Памяти. Что-то иное, как будто намеренно помещённое сюда, а не возникшее естественным образом.

Поэтому он и остался — хотя бы затем, чтобы выяснить, не действует ли оно на детей.

Арк медленно обвёл взглядом стол, молча отмечая увиденное. Дети были здоровы, лица раскраснелись от тепла. Глаза сияли, смех звучал легко. Что бы ни обитало в этом доме, их оно не коснулось.

Значит, это присутствие — сопротивление, невидимая сила — было направлено только против него.

Вскоре чаепитие закончилось, и Кассия отправила детей играть во двор. Когда она принялась убирать со стола, Арк собрал несколько тарелок и аккуратно сложил стопкой.

— Давно миссис Тимбл и Матильда живут в «Звёздном свете»? — спросил он.

— Миссис Тимбл появилась здесь ещё до моего рождения. В молодости моя мать была здешней кухаркой. Выйдя замуж за отца и переехав в Малую Минеолу, она наняла миссис Тимбл. Матильда присоединилась к нам пять лет назад.

— А где они живут?

— Делят мансарду.

— Они всегда были здоровы?

Кассия вопросительно посмотрела на него.

— Насколько мне известно.

Арк наблюдал через окно за детьми, с сияющими улыбками гонявшимися друг за другом по двору.

— А дети?

— Пока никаких серьёзных болезней, слава богам. Самое худшее — насморк в дождливые и снежные месяцы да время от времени разбитые коленки. Может, несколько случаев жара. — Она умолкла, наблюдая за ним. — Почему ты спрашиваешь?

Арк осторожно поднял тарелки.

— Из любопытства.

Она ещё немного смотрела на него, затем взяла поднос с грязной посудой.

— Знаешь, ты не обязаны помогать.

— Знаю.

Он последовал за ней на кухню, где миссис Тимбл и Матильда вовсю готовили детям ужин. За их спинами ровно горел очаг; пламя лизало почерневшие поленья и излучало тепло, которое казалось… иным.

Он почувствовал это ещё раньше, впервые войдя на кухню, но ничего не сказал. Теперь Арк наблюдал, как миссис Тимбл поднимает большую кастрюлю и подвешивает над огнём. Железный крюк тихо скрипнул. Пламя на миг взвилось, позолотив окружавший очаг кирпич, а затем улеглось.

— Красивый очаг, — небрежно заметил он. — Он всегда здесь стоял?

Кассия, стоявшая по другую сторону стола, взглянула на него.

— Он достался вместе со зданием. «Звёздному свету» шестьдесят лет, но самому дому — сто. А очаг всё ещё работает безупречно.

Арк дождался, когда все три женщины повернулись к нему спиной, и согнул пальцы, призывая ровно столько силы, сколько требовалось для проверки догадки. Движением воли — тонким, осторожным плетением энергии — он задушил огонь тенями.

Пламя затрепетало и погасло.

Но прежде, чем Арк успел осмыслить случившееся, послышался негромкий треск. Над почерневшим деревом призрачно заклубился дымок. Огонь снова ожил, медленно и нарочито выбросив язык пламени, будто дразнил его.

Арк застыл. Его магия не была слабой — ничуть. Значит, и огонь был не обычным.