КАССИЯ

Душ Арка обжигал паром, но Кассия любила именно такой.

Она стояла под струями, закрыв глаза и склонив голову, позволяя им дюйм за дюймом смывать минувший день — соль, пот, пепел и невидимую пыль неопределённости, которая въедалась сильнее любой настоящей грязи. Тревога так долго сдавливала рёбра, что Кассия уже несколько часов не могла вдохнуть полной грудью.

Теперь она всё отпустила.

Вокруг поднимался густой туман с лёгким запахом сандала и чего-то безошибочно Аркова. Когда стеклянная дверь отъехала, Кассии не пришлось открывать глаза, чтобы понять: это он.

Широкие, тёплые, уверенные ладони легли ей на плечи и скользнули по мокрой коже. Большие пальцы надавили на узлы напряжения у основания шеи. Прикосновения были собственническими и знающими, словно он запомнил её по частям и теперь собирал заново одними руками.

Она открыла глаза и оглянулась через плечо. Вот он — обнажённый, великолепный. Вода просачивалась сквозь тёмные волосы, прижимая их ко лбу. Грудь — сплошные твёрдые линии и жар, кожа блестит от капель. Изящные рога вздымаются в пару. Бесспорно демон. И всё же до боли родной.

Кассия развернулась к нему, между ними лилась вода, и провела пальцами по его челюсти. Глаза Арка смягчились.

— Ты всё ещё ранен, — пробормотала она. — Надо было остаться в постели.

Он поймал её запястье и поднёс ладонь к губам.

— Без тебя постель казалась слишком пустой.

Кассия улыбнулась.

— Я собиралась вернуться.

— Недостаточно быстро.

Он налил на ладони янтарное мыло и начал разминать её спину — сильные, уверенные движения превращали мышцы в жидкость. Повернул Кассию и повёл намыленными руками по её груди — интимно, но ничего не требуя. Она позволила, положив ладони ему на бёдра.

— У тебя отлично получается, — сказала она, закрывая глаза, когда его руки накрыли её грудь. — Ты купаешь всех своих гостей?

Он наклонился, коснувшись губами завитка её уха.

— Только тех, кто в одиночку договаривается с таинственными магическими сущностями, а потом уносит их суть в украшении. — Игриво прикусил мочку, и Кассия подавила смешок. — И лишь тех, в кого я безнадёжно влюблён. Список очень короткий.

Она рассмеялась — по-настоящему, от всей души, — и последние остатки напряжения вытекли из тела. Арк смыл с неё пену и прижал к себе. Они стояли под струями, соприкасаясь лбами, а мир растворялся в пару и тишине.

Кассия поднялась на цыпочки и поцеловала его — нежно, неторопливо. Он ответил медленным жаром, скользнул руками вверх по её спине, затем вниз и обхватил ягодицы, прижимая к себе. Между ними она чувствовала его желание — тяжёлое, горячее у живота. И всё же он сдерживался.

Кассия прислонилась лбом к его груди. — На этот раз позволь мне позаботиться о тебе.

Прежде чем он успел возразить, она опустилась на колени. Подняла на него взгляд — золотые глаза потемнели от желания, рука уже тянулась к её волосам — и обхватила его губами. Он сразу застонал — низко, гортанно. Она не спешила, поклонялась ему так, как прежде он поклонялся ей, и чувствовала, как с каждой секундой истончается его самообладание.

Когда он наконец распался на части, то с надломленным стоном и её именем на губах. Кассия поцеловала его бедро и поднялась.

— Прекрасен, — прошептала она. — Когда теряешь контроль, ты прекрасен.

Он яростно поцеловал её, затем подхватил на руки и отнёс в спальню. Уложил посреди кровати; его метки темнели и тлели в полумраке.

— А теперь, — низко, густо произнёс он, — позволь мне как следует тебе поклониться.

Сначала он поцеловал её колени, затем благоговейными руками развёл бёдра. Следом двинулись губы — медленно, дразняще, вверх по внутренней стороне ног, пока Кассия не задрожала от одного ожидания. Когда он прижался ртом к нежной коже наверху бедра, от его губ по её плоти прокатилась магия. Под ними расцвела вьющаяся чёрная метка. Арк повернулся и сделал то же с другим бедром, затем поднялся выше — к животу, к груди, — оставляя метки, словно клейма наслаждения и связи.

К тому времени, когда он опустил голову между её бёдер, Кассия дрожала. Почувствовав его рот, она вскрикнула, пальцы обхватили рога. Он знал её ритмы, знал, как тело поёт под его прикосновениями, и не останавливался — ни когда её накрыл первый оргазм, ни когда второй разорвал её изнутри.

Когда он наконец пополз вверх по её телу — задыхающийся, пылающий, — то прижал её запястья над головой.

— Если хочешь нежнее, — хрипло сказал он, — проси сейчас.

Она встретила его взгляд.

— Нет. Хочу, чтобы ты потерял контроль.

Он вошёл одним плавным, неумолимым толчком. Кассия вскрикнула — наслаждение переплелось с потрясением. Арк замер, уронив голову ей на плечо.

— Кассия, — простонал он. — Ты как дом.