Кассия колебалась, сердце колотилось. После этого пути назад не будет. Нельзя забыть. Нельзя отменить.

Она осторожно шагнула вперёд. Воздух между ними замерцал. Кассия вложила ладонь в руку Дельфины.

— Клянусь не рассказывать Арку о состоянии его отца.

Между руками поднялось медленное тепло, синее сияние окутало запястье и угасло. После молчания Дельфина отпустила её.

— Свершилось.

Тепло сменилось прохладой, оставшейся на запястье призраком цепи. Тайна осела у сердца куском угля, который Кассия не хотела нести.

Коридор за зимним садом был пуст. Кассия старалась не оглядываться и не уносить с собой образ осунувшегося лица Дэймара.

Но он всё равно прицепился к ней.

Она остановилась и коснулась виска. Скоро придётся найти Арка, посмотреть ему в глаза и сделать вид, будто только что не обнаружила правду, которую родители скрывали годами. Улыбаться, говорить, оставаться прежней, неся тайну.

Кассия вдохнула. Выдохнула. Взяла себя в руки.

Шаг за шагом.

Она не успела сделать и трёх шагов, когда из ниши впереди вышел Алдеррат.

— Насладились прогулкой?

Мягкий спокойный голос змеёй скользнул по спине. Он всё это время стоял здесь, наблюдая за дверью? Ждал, когда она выйдет именно с таким лицом?

Кассия выпрямилась, встретила его взгляд и удержала.

— Зимний сад обычно заперт, — лениво указал он за её спину. — Точнее, запечатан защитой от любопытных глаз. Странно, что он открылся для вас, не находите?

Желудок провалился. Чары не сломались — их сняли специально для неё. Тщательно устроенная ловушка.

— Так это были вы. Как вы открыли дверь? Дэймарис сказала…

— Варил Дельфина — могущественный демон, но и я не лишён средств.

— Откуда вы знали, что я пойду в зимний сад?

Он неторопливо пожал плечами.

— Для чужачки такой бал должен быть несколько… подавляющим. Легко было догадаться, что вы спрячетесь от толпы. А Аркенот с детства любил зимний сад. — Глаза остро и понимающе блеснули. — Эту черту они с отцом разделяют.

Живот Кассии сжался. Алдеррат знал, что она найдёт Дэймара. Зимний сад был не убежищем, а ловушкой, куда она сама вошла.

Он сделал несколько медленных шагов.

— Ну как? Отец Арка — настоящая реликвия, не правда ли? — Серебряные глаза скользнули к рукам, к зелени трав под ногтями. — Вы пытались помочь. Как трогательно.

Пальцы Кассии сжались.

— Ему было больно.

— Больно всем, мисс Аура. Но у вас особая слабость к такой боли, верно? К ранам в форме отца. — Он небрежно прислонился к мраморной стене. — Скажите, вам всё ещё снится, что вы опоздали?

Зрение затуманилось по краям. Вопрос вытащил самое мучительное воспоминание: больничный коридор, смятый чек в руке, отец неподвижный и бледный на койке, навеки закрытые глаза.

— Откуда вы… — Она оборвала вопрос. Стоило ли спрашивать? Алдеррат принадлежал к Эшелону, был могущественен и влиятелен. Мог нанять сыщика, раскопать историю семьи или подкупить больницу ради подробностей смерти отца.

— Теперь вы поняли, что Арк не знает, — продолжил он. — Не знает, как быстро заканчивается время. Зато теперь знаете вы.

Сердце грохотало в ушах. Перед Кассией складывалась медленная ужасная архитектура его замысла. Он не случайно показал болезнь Кассенора. Даже ещё не озвучил предложение, но его тяжесть уже ощущалась — страх душил осторожно разгоревшийся в груди свет.

Она не хотела слушать дальше.

И знала, что придётся.

— Вы действительно хотите, чтобы Аркенот провёл последние месяцы жизни отца во вражде с ним — из-за Безродной полуведьмы? Чтобы гадал, мог ли сделать больше? — Алдеррат подошёл ближе, в серебре глаз проступил багрянец. — Вы отнимете у него возможность примириться и обречёте на то же горе, которое так хорошо знаете?

Вот оно.

Совершенно без дрожи, на которую он, должно быть, рассчитывал, Кассия тихо произнесла:

— Вы провели расследование. Поздравляю. Наверняка невероятно собой довольны.

Сначала он промолчал. Бледное мраморное горло оставалось совершенно неподвижным, словно ему не нужно было ни глотать, ни дышать с ней одним воздухом.

— Лакея тоже послали вы? — надавила Кассия. — Чтобы увести Арка.

Он усмехнулся.

— Это было легко. Я хорошо замечаю нуждающихся. Ему были нужны монеты, я их предоставил. А теперь предоставлю вам то, в чём нуждаетесь вы.

Алдеррат протянул сложенный пергамент — хрустящий, безупречный, гудевший знакомой официальной магией, придававшей бумаге и словам силу закона. Кровь похолодела.

— Это ускоренное уведомление о выселении, сегодня магически запечатанное и утверждённое. Пылкие протесты Аркенота отклонены. Новый Сертификат собственности завершён. У приюта «Звёздный свет» четырнадцать дней на освобождение здания. Затем исполнители выведут детей и опечатают двери.