— В конце восточного крыла есть зимний сад. Моё любимое место в особняке. Тихое, спокойное. Там нас не потревожат.

Прохладное облегчение разлилось в груди.

— Звучит пре…

Рядом бесшумно появился лакей в тёмно-синей ливрее. Он поклонился Арку с безупречно нейтральным лицом; маленькие угольные рога загибались назад от висков.

— Милорд. Дэймарис требует вашего присутствия в библиотеке.

Арк нахмурился сильнее.

— Сейчас?

— Её точные слова: «немедленно», милорд.

Кассия уже видела отказ на кончике его языка. Коснулась руки, возвращая его внимание. — Идите. Я найду зимний сад и займу вам место.

Его челюсть напряглась, но он кивнул и один раз коротко, тепло сжал её руку.

— Я ненадолго.

Пока Арк шёл за лакеем сквозь толпу, Кассия смотрела вслед. Чего хотела Дэймарис? Возможно, поговорить об отношениях с Аркенотом без любопытных гостей.

Она отогнала мысль. Выдержала взгляд Дельфины — выдержит ожидание в зимнем саду.

По мере поисков восточного крыла шум бала слабел. В прохладном тихом коридоре стены занимали портреты предков Арка в золочёных рамах. Из тенистых ниш наблюдали мраморные бюсты — суровые Варилы с резными глазами, полными той же холодной оценки, которую она только что пережила.

Прекрасный особняк, подумала Кассия, но понятно, почему Арк не называл его домом. Скорее музей — полный драгоценностей и пустой без людей, которые должны были его наполнять.

В конце она увидела приоткрытые арочные стеклянные двери в белом обрамлении; за стеклом манила буйная зелень.

Кассия проскользнула внутрь…

…и вошла в совершенно иной мир.

Воздух был прохладнее, насыщен влажным запахом земли, цитрусов и жасмина. Высоко возвышался стеклянный купол, запотевший конденсатом, который рассеивал лунный свет мягким водянистым сиянием.

Некоторое время она просто стояла, впитывая тишину и зелень. Здесь, в одиночестве, можно было опустить защиту. Ладони снова вспотели, от улыбок болела челюсть. Она выжила, но чувствовала себя так, словно прошла строй из бархата и шипов.

Кассия села на деревянную скамью, откинула плечи и закрыла глаза.

Она пришла сюда кухонной ведьмой с окраины общества. А теперь танцевала с демоническим лордом, обменивалась колкостями с его матерью и устояла.

Это казалось нелепым. Восхитительно нелепым. Из груди вырвался тихий удивлённый смех, нарушивший тишину.

Низкий хриплый мужской голос ответил:

— Дельфина?

Кассия застыла.

— Дельфина… это ты?

Она бесшумно поднялась и двинулась вперёд, обходя раскидистую пальму в горшке с листьями, похожими на лакированные веера. За ней Кассия увидела инвалидное кресло и сидевшего в нём мужчину.

Он полулежал среди бледных орхидей и вьющегося жасмина, колени укрывали мягкие одеяла. Рога изгибались назад от висков — гладкие, ребристые, похожие на рога Арка; по сторонам ветвились ещё два маленьких, знак огромной силы. Иссиня-чёрные волосы с серебром падали на нахмуренный лоб. Поза выглядела собранной, но давалась нелегко: каждый вдох казался вырванным усилием, когтистые пальцы сжимали подлокотники.

Взгляд Кассии остановился на наклоне скул. На линии рта — одновременно жёсткой и мягкой, словно рядом жили юмор и презрение. Та же тихая весомость.

Этот демон — более слабый, старый, сломленный там, где Арк ещё оставался цел, — был Дэймаром.

Отцом Арка.

29

КАССИЯ

Кассия тихо ответила:

— Дэймарис здесь нет. Простите.

Его веки поднялись с медлительностью, говорившей об огромном усилии. Золотые глаза встретили её взгляд; легендарную остроту затуманили усталость и боль, но смотрели они всё ещё тревожно прямо.

— Вы забрели в частное убежище, — заметил он сухим хриплым голосом. — Слуги знают, что меня нельзя беспокоить. — Взгляд сузился. — Но вы не служанка.

— Нет. — Она сглотнула, но осмелилась шагнуть ближе. — Я гостья. Простите за вторжение.

После паузы он отстранённо произнёс:

— Гости на приёмах моей супруги редко ищут тихие уголки. Они расцветают под светом взглядов. Вы уверены, что вам здесь место?

Кассия невольно рассмеялась.

— Откровенно говоря, сама задаюсь тем же вопросом. — Она подошла ближе. — Меня привёл Аркенот.

В его глазах что-то мелькнуло.

— Мой сын?

Она кивнула. Снова пауза.

— Тогда садитесь, — сказал он. Не тепло, но и не жестоко.

Она устроилась на ближайшей скамье — не прямо напротив, а под углом, почтительно. Лишь тогда он немного изменил позу, и даже это стоило ему сил. Дыхание резко оборвалось от глубокой боли.

Инстинкты Кассии взыграли.

— Я могу помочь? — спросила она, уже поднимаясь. Его бровь приподнялась. — Я кухонная ведьма, кое-что знаю о лечении. — Кассия оглядела растения. — Здесь есть травы для тоника. Он немного притупит боль.