Он садится на пятки, наклоняется к тумбочке и достаёт пакет. Ему требуется несколько секунд, чтобы открыть коробку и фольгированную упаковку. Я заворожённо наблюдаю, как он берёт себя в руку и натягивает презерватив.

— Тебе это нравится, — негромко произносит он. — Тебе нравится смотреть на меня.

Я смущённо улыбаюсь.

— Может быть.

Он наклоняется и целует меня.

— Я буду сверху, хорошо?

Я киваю. В первый раз мне было бы неловко самой брать инициативу в свои руки. Но, возможно, в следующий…

— Шире раздвинь ноги. Обхвати ими мои бёдра.

Его голос мягкий, гораздо нежнее, чем тогда, когда он говорил со мной всякие непристойности, лаская языком.

Я раздвигаю ноги, и меня охватывает внезапная тревога. Это действительно происходит. Он опирается руками по обе стороны от моего тела и пристально смотрит мне в глаза. Я тянусь к нему и провожу пальцем по губам. Он целует мой палец.

— Ты ведь понимаешь, что во время проникновения можешь не испытать оргазм?

Я киваю.

— И знаешь, что, если так и случится, я позабочусь о том, чтобы ты кончила потом?

Я снова киваю. Мы говорили об этом вчера вечером.

— Ты готова?

— Да, Алекс.

— Мне нравится, когда ты произносишь моё имя.

Я чувствую, как головка его члена касается меня между ног. Он медленно подаётся бёдрами вперёд. Резкая вспышка жгучей боли заставляет меня судорожно вдохнуть и зажмуриться.

— Алекс, — выдыхаю я.

— Ты в порядке?

— Да.

Он больше не двигается, и, несмотря на ощущение наполненности, мне кажется, что он вошёл ещё не до конца. Я открываю глаза и вижу, что Алекс тяжело дышит.

— Правда, всё хорошо, — шепчу я.

Мы смотрим друг на друга. В воздухе витает и возбуждение, и неловкость. Я тихонько хихикаю, а он смеётся и трётся носом о мой. Но вскоре веселье сменяется серьёзностью.

Он слегка кивает и подаётся бёдрами вперёд.

— Вот так, — произносит он. — Как ощущения? Я вошёл полностью.

— О-о-о… Ничего себе, Алекс.

Я крепче сжимаю его руки. Такого я ещё никогда не испытывала. Это невероятно острое, интимное ощущение. Будто мы стали единым целым. Знаю, звучит банально. А то, что он говорит об этом низким голосом, заставляет меня возбудиться ещё сильнее.

Он медленно выходит из меня и стонет.

— Иви, ты невероятная.

— Правда?

Он снова входит в меня и лукаво улыбается.

— Ещё бы. Ты даже не представляешь насколько.

Меня пронзает новая вспышка боли, на этот раз более тупой, и я заставляю мышцы расслабиться. Как что-то может одновременно причинять боль и доставлять невероятное удовольствие?

Он медленно двигается во мне, входя и выходя, и я рада, что так сильно возбуждена. Иначе ощущения были бы неприятными. Это совсем не похоже на то, что я испытывала, когда он доводил меня до оргазма пальцами или языком.

Не хуже и не лучше — просто иначе. Более первобытно, грубо и чувственно. Вряд ли я смогу испытать оргазм от проникновения, по крайней мере пока, не в первый раз. Но ничего страшного. Это невероятно, просто совсем по-другому.

Его губы почти касаются моего уха, тяжёлое тело придавливает меня к матрасу, дыхание срывается на глубокие, хриплые выдохи.

— Иви, — хрипло произносит он. — Я сейчас кончу. Ты чертовски тугая, и мне так хорошо с тобой.

Он снова шепчет моё имя, и в его голосе столько отчаяния.

Будто он теряет над собой контроль из-за меня. Я обхватываю его руками за спину, впиваясь ногтями в кожу. Возможно, слишком сильно, потому что он приподнимается на руках, чтобы смотреть на меня сверху, и начинает двигаться во мне быстрее.

Боже мой. Я занимаюсь сексом. С потрясающим мужчиной, который выглядит настоящим дикарём с растрёпанными тёмными волосами и затуманенным, полуприкрытым взглядом.

Его губы слегка искривлены в зверином оскале, словно ещё мгновение — и он окончательно потеряет контроль. Я закрываю глаза: всё это слишком. Слишком остро, слишком сильно.

— Посмотри на меня, — шепчет он.

Я открываю глаза. Через секунду вижу, как его глаза закатываются, а полные губы приоткрываются. Он резко входит в меня, заставляя тихо вскрикнуть, и стонет, больше не в силах сдерживаться. Мышцы его рук напрягаются, пресс каменеет. И теперь я рада, что свет не выключен: на него невозможно не смотреть.

Это, безусловно, эротично. Но в то же время он кажется таким беззащитным.

И это пробуждает во мне желание защитить его.

Я чувствую, как его тело вздрагивает внутри меня, и, кажется, никогда прежде не видела ничего более притягательно мужественного. Всё ещё тяжело дыша, он опускает голову и целует меня. Я ощущаю исходящие от него жар и тепло разгорячённого тела.

— Всё хорошо? — шепчет он мне в губы.

Если под «всё хорошо» он подразумевает: «Ты теперь окончательно и безоговорочно влюбилась в меня, потеряв голову?», то да.

— Даже больше, чем хорошо.

Я улыбаюсь и снова его целую.

💼