Я натягиваю дежурную улыбку, которую обычно использую на работе в Chili’s, но предчувствие у меня нехорошее.

— Я зашла взять Алексу пива. И хотела налить себе воды.

Миссис Дженкинс пересекает просторную кухню и открывает холодильник. Пока она достаёт пиво, Роуз смотрит на меня с ухмылкой.

— Такая послушная. Именно таких он и любит, — тихо произносит она.

Я сохраняю невозмутимое выражение лица, но дыхание, как всегда при волнении, становится поверхностным.

С чего бы ей такое говорить?

Алекс никогда не производил впечатления мужчины, которому нужна рядом покорная женщина.

— Вот, дорогая, — миссис Дженкинс протягивает мне бутылку пива и воду. — Я как раз говорила, какая ты красавица. И как я рада, что Алекс наконец встретил девушку, которая ему дорога. После всей той истории с Роуз… В тот день он разбил немало сердец, в том числе сердце Роуз, а моё — особенно. Но Роуз нашла в себе силы жить дальше и встретила замечательного мужа.

По-моему, своего замечательного мужа Роуз нашла в гостевом домике у бассейна, — так и хочется сказать мне. Господи. Я знала, что Алекс уберёг свою семью — и саму Роуз — от унизительного скандала, но, боже мой!

Драматизировать ситуацию до такой степени его матери, пожалуй, не стоило.

— Хм, — неопределённо отзываюсь я.

— Что ж, я рада, что Алекс наконец решил остепениться, — продолжает его мать.

Роуз выглядит так, будто изо всех сил сдерживает смехотворно удачную шутку.

— Я тоже рада.

Миссис Дженкинс снова вступает в разговор:

— Мы тут гадали, где же вы с Алексом на самом деле познакомились. В интернете? Или, э-э, через какое-нибудь агентство?

Я хмурюсь.

— Мы познакомились в офисе. Я недавно закончила стажировку в отделе маркетинга.

— Ну конечно, — шепчет Роуз, многозначительно приподнимая брови и отпивая из бокала.

Мой внутренний датчик неловкости зашкаливает, и стрелка уходит в красную зону. Мне нужно отсюда выбраться.

— Спасибо! Увидимся там, — говорю я.

Миссис Дженкинс поглаживает меня по спине.

— Я скоро присоединюсь к вам в библиотеке.

Роуз больше не произносит ни слова. Даже не утруждает себя прощанием. Может, она пытается втянуть меня в какую-то странную психологическую игру, показать, что связана с этой семьёй так, как мне никогда не удастся. А может, для неё я настолько незначительная фигура, что она даже не считает нужным со мной прощаться. И что это вообще было за предположение насчёт того, что мы с Алексом познакомились через агентство? До меня вдруг доходит, что они, возможно, считают меня эскортницей. Настолько нелепо, что даже смешно.

Как бы там ни было, мне всё равно. Я сталкивалась с людьми куда хуже неё и слышала в свой адрес куда более обидные колкости, чем сегодня. Эта мысль словно зажигает во мне маленький огонёк, согревает изнутри и помогает держать голову высоко, выходя из кухни с улыбкой, хотя на душе у меня тяжело от стыда.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

АЛЕКС

Каждый раз, когда я ловлю взгляд Иви через всю комнату или подхожу к ней и целую в висок, в голове возникает одна и та же мысль:

Почему бы всему этому не стать настоящим?

Ну, возможно, не помолвке. Она слишком молода для такого шага, да и я сам не уверен, что готов к подобным обязательствам. Но мне с ней комфортно. Мне хорошо рядом с ней. Мы идеально подходим друг другу в физическом плане. Да, она девственница и пока ещё стесняется некоторых вещей. Но при этом с каким же восхитительным энтузиазмом она готова всему учиться! Когда я нахожусь рядом с семьёй, мне лучше не задумываться об этом слишком долго — иначе я просто не могу сосредоточиться.

Прошлая ночь была самой эротичной за… даже не знаю сколько времени. Я не могу похвастаться большим опытом общения с женщинами, но близость с Иви оказалась невероятной.

К тому же рядом с ней я могу быть самим собой: нести всякую чушь, смешить её. Могу не скрывать свою гиковскую натуру.

Да, возможно, нам стоит продолжить эти отношения. Попробовать, посмотреть, что из этого выйдет. Не будет ли странно, если я стану платить ей деньги, пока мы встречаемся?

Я размышляю об этом весь день, пока родственники без умолку рассуждают о конных фермах, своих загородных домах на побережье и прочей ерунде. С другими людьми я обычно поддерживаю подобные разговоры, но с Иви мне совершенно не хочется обсуждать всё это дерьмо.

Похоже, её совершенно не впечатляют ни моя карьера, ни моё прошлое в мотогонках. Кажется, она немного смущается из-за чужого богатства, и я время от времени замечаю, как она оглядывается, разглядывая детали роскошного старинного особняка моих родителей или вычурные золотые ожерелья с бриллиантами на шеях моих пожилых тётушек.