Тамара Лаш

«Crash»

Серия «Притворщики»

Книга 2

📚🚘Порядок книг цикла «The Pretenders» американской писательницы Тамары Лаш состоит из 3 книг:

1. Drive — история Саванны Дженкинс и Данте Аннунциаты. Именно по этой книге снят фильм.

2. Crash — история Алекс Дженкинс и Иви Купер.

3. Burn — история Лили Онаcсис и Макса Беккера.

 

Любительский перевод для группы @culpamiarus ()

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ИВИ

По словам одного из моих преподавателей в бизнес-школе, стажировка — это как выращивание клубники. Сначала нужно посадить семена в землю, старательно поливать ростки, радоваться солнечным лучам, а затем, когда придёт время, наслаждаться спелыми, сочными ягодами, полными вкуса.

— Это как любовь, — говорила она. — Нужно взращивать, заботиться, а потом пожинать плоды своих трудов.

Что ж, о любви я ничего не знаю, да и в садоводстве пока только начинаю кое-что понимать. Зато это моя третья стажировка, так что в данном вопросе я уже кое-что смыслю.

На самом деле стажировка больше похожа на выращивание картофеля. Сначала ты ухаживаешь за растением, потом копаешься в земле, пачкаешься и в конце концов находишь грязный, бугристый клубень. А дальше приходится тратить ещё больше времени и сил, прежде чем из него получится что-то съедобное. И даже тогда есть риск превратить картошку в несъедобную угольную корку, обжаривая её в кипящем масле.

Мои мысли переключаются на картошку фри, и желудок тут же предательски урчит — вполне закономерная реакция на голод. Я отодвигаю рекламную брошюру компании, проверяю телефон и тяжело вздыхаю. Уже почти семь, и мне давно пора домой. Но вместо этого я всё ещё приклеена к неудобному серому офисному креслу на третьем этаже здания корпорации «Дженкинс» в центре Атланты и смотрю на стопку документов, лежащих на моём столе.

На секунду я опускаю голову на скрещённые руки. В притихшем офисе пытаюсь прогнать голод и, чего уж там, скуку.

Чем скорее я закончу вычитывать эти служебные записки, тем скорее смогу отправиться домой.

— Спасибо, Джозефина, — бормочу я.

Вот уж спасибо, что решила навалить на меня ещё больше работы в последнюю неделю стажировки. Обычно я вычитываю маркетинговые тексты — всякие рекламные описания и короткие заметки, которые рассказывают о благотворительной деятельности компании. Хотя на уровне стажёров о благотворительности речи не идёт. Несмотря на то что мне платят всего двенадцать долларов в час, обращаются со мной скорее как с младшим специалистом по связям с общественностью. Работы — невпроворот, а платят сущие копейки. И всё ради шанса получить одну из немногих вакансий в PR-отделе, которые открываются каждый год.

Но моя начальница уже сообщила, что в этом квартале новых вакансий для младших PR-специалистов не будет. А значит, мне ничего не светит. Она уверяла, что, появись свободное место, я получила бы его без труда. Только от этих обещаний мне ни жарко ни холодно. Разве что на доллар хватит — купить Beefy Potato-Rito из бюджетного меню Taco Bell.

Со стоном я поднимаю голову и начинаю перебирать документы. От резкого света офисных люминесцентных ламп глаза пересохли и неприятно саднят. Я уже точно не успею домой к ужину. Да и сил на то, чтобы поработать над информационным бюллетенем для общественного сада в нашем районе, у меня совершенно не останется. И зачем я вообще вызвалась этим заниматься?

Я беру телефон и, устало пошевелив пальцами, набираю сообщение сестре Сабрине.

"Сегодня на ужин рассчитывай на себя."

Через пять секунд она мне перезванивает. В отличие от большинства представителей своего поколения, моя младшая сестра обожает болтать по телефону. Наверное, просто потому, что ей нравится слушать собственный голос.

— То есть мне, типа, самой готовить? — с сомнением в голосе спрашивает она.

— Сабрина, я задержусь. Так что с едой разбирайся сама. Кажется, в морозилке есть одна из тех пицц, которые разогревают в микроволновке.

Я зажимаю телефон между ухом и плечом и открываю папку с очередными документами.

— Сейчас проверю. — Слышу, как она открывает дверцу морозилки. — О, смотри-ка! Тут целых две пиццы. Хочешь, я и тебе разогрею одну, Иви?

Мелодичный южный акцент сестры помогает мне немного успокоиться. Иногда мне даже сложно поверить, что мы родственницы. У меня такой ровный, безликий акцент, как во Флориде — штате, где я родилась. А в голосе сестры слышится настоящая Джорджия. Именно сюда переехала наша семья после того, как папа устроился торговым представителем в Атланте в самой известной в мире компании по производству газированных напитков.