— Рад, что мы договорились.

Я вкладываю свою ладонь в его, и мы заговорщически улыбаемся друг другу. Всё это будет забавно, пусть и довольно странным, извращённым образом. И почему-то, узнав историю Алекса, я чувствую, что часть напряжения спала.

Однако искры, пробегающие между нашими соприкасающимися руками, никуда не исчезли. Я медленно разжимаю пальцы и скрещиваю руки на груди.

— Знаешь, мне, наверное, пора идти, — медленно произношу я. — Я ещё успею на последний поезд.

— Не думаю.

Его голос звучит угрожающе низко.

— Что?

— Ты не поедешь домой на поезде. Этого я не допущу. Я отвезу тебя.

Почему-то я даже не пытаюсь спорить.

— Хорошо. Я буду рада.

💼

Всю дорогу до моего дома мы ведём ни к чему не обязывающую светскую беседу, словно несколько часов подряд не обсуждали, как обмануть его семью. Когда он останавливается у дорожки, ведущей к моему дому, я с улыбкой благодарю его и открываю дверцу.

Он тоже выходит из машины, и, когда я ступаю на тротуар, уже оказывается рядом. Пока мы поднимаемся по трём потрескавшимся бетонным ступенькам к крыльцу, он мягко берёт меня под локоть, и по телу пробегает дрожь.

— Сестры дома нет? — спрашивает он, когда мы подходим к двери. — Свет нигде не горит.

Я начинаю рыться в сумочке в поисках ключей. Руки дрожат: всё это слишком напоминает настоящее свидание. Он стоит чересчур близко. От него невероятно вкусно пахнет. И вдруг вся эта ситуация становится до невозможности запутанной в эмоциональном плане.

— Она у подруги, осталась с ночёвкой. Последний раз перед тем, как через несколько дней уедет в лагерь.

Найдя ключи, я поднимаю глаза. Алекс хмурится, его тёмные брови сурово сдвинуты.

— Ты дома одна?

— Да. Ничего страшного, — пожимаю я плечами. — Даже приятно побыть одной.

Клянусь, он хмурится ещё сильнее и выглядит почти сердитым.

— Иви, пожалуйста, подумай насчёт моего предложения пожить в квартире в центре города. Она всего в паре кварталов от меня, так что ты будешь ближе. Если тебе что-нибудь понадобится или случится что-то непредвиденное, я смогу помочь. А если захочешь досрочно расторгнуть договор аренды, я заплачу сколько потребуется.

Я замираю. То, как он произносит моё имя — хрипло, почти отчаянно, — лишает меня сил. Внутри всё словно растекается, оставляя от меня одну лишь оболочку. Несколько секунд спустя я вставляю ключ в замок и оглядываюсь по сторонам. Куда угодно, лишь бы не смотреть на него.

Было бы здорово отсюда съехать, да и жить в центре города гораздо удобнее. Наверное, по выходным я могла бы возвращаться сюда, чтобы заниматься садом, навещать Айду и отрабатывать смены в Chili’s.

— Я всё ещё думаю над этим, — тихо отвечаю я.

Его обеспокоенный взгляд вызывает во мне такую грусть, что я, сама не ожидая от себя подобного, привстаю на цыпочки и целую его в щёку. Поцелуй получается коротким — лишь лёгкое прикосновение губ к гладкой коже. Но я с удивлением слышу, как он резко втягивает воздух.

— Спокойной ночи, — шепчу я.

Он сглатывает.

— Спокойной ночи.

Я торопливо захожу в дом и поворачиваю все три замка. Сердце бешено колотится. Прислонившись к стене, я закрываю глаза. Подношу указательный палец к губам и провожу по нижней губе. Я всё ещё чувствую на ней прикосновение его щеки.

Мои фиктивные отношения с Алексом очень быстро стали до невозможности запутанными.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ИВИ

Чем больше я размышляю об этом на следующий день, а затем и на следующий, тем привлекательнее мне кажется идея Алекса переехать в центр города.

Конечно, я не хочу зависеть от него больше, чем это необходимо, но понимаю, что с учётом расходов на лагерь и обучение Сабрины в колледже, а также моих студенческих кредитов, эти сто тысяч долларов разлетятся очень быстро. Четверть суммы он уже перевёл на мой банковский счёт, а я успела перечислить тысячи долларов школе Сабрины, в счёт погашения студенческих кредитов и за просроченный счёт за электричество. Деньги уходят так же быстро, как поступили, и знакомое чувство паники снова даёт о себе знать.

В четверг утром я сижу на диване, пью кофе, просматриваю вакансии в интернете и составляю ежемесячный бюджет. Наконец я принимаю решение. Если несколько месяцев мне не придётся платить за жильё, у меня будет гораздо более солидная финансовая подушка. Я смогу откладывать деньги, а потом снять собственную квартиру. И если меня всё-таки возьмут на работу в океанариум, я смогу ходить туда пешком.

В конце концов, я не лишаю Алекса денег, которые ему позарез нужны. И уж тем более не лишаю его дохода от аренды. Если я буду бесплатно жить в той квартире, он точно не останется голодным.

Он говорил, что эти квартиры принадлежат компании и предназначены для сотрудников и руководителей.