— Они не смогут поймать Санту, — встревоженно говорит Кэл, обращаясь ко мне.

Я смеюсь.

— Не переживай. Через час они уже будут спать. Пошли. — Беру обе пары пижам со стола и бросаю одну Брайану.

Он ловит пакет на лету и поднимается, сдвигая голову кота с колен. Кот шипит в ответ: как ты посмел?

— Остынь, — хмурится Брайан на гигантского зверя.

Тот дёргает носом и прыгает на стол.

— Эй, сюда, Фаззи, — зазывает его Кэл.

Кот задирает нос и, проигнорировав брата, грациозно спрыгивает на пол и уходит в сторону спальни Брайана.

— Чёрт, — ворчит Брайан, глядя, как Фаззи скрывается за дверью.

— Не переживай, он вернётся за рождественскими лакомствами, которые я для него купил, — говорит Кэл и бросается к ёлке, поднимая пакет с изображением котёнка в костюме Санты. — Подарки откроем, как только вы, придурки, переоденетесь.

Брайан стонет.

— Ты правда думаешь, что я это надену?

— Вся семья должна быть в одном стиле, — говорю я. — И ты в том числе.

Кэл кивает, теребя подарочный пакет.

— Да, и у нас, эльфов, куча работы после того, как дети лягут спать. Велосипеды собрать, носки развесить, оставшиеся подарки упаковать.

Брайан качает головой.

— Прямо как на Рождество у Дилан.

— Именно, — обхожу я его. — Вот так и выглядит Рождество в кругу семьи. А мы — семья, — напоминаю я.

Я стучу в закрытую дверь своей спальни, и, услышав от Слоан «входи», поворачиваю ручку и заглядываю внутрь.

Вид, который открывается передо мной, останавливает меня на месте.

— Не смей смеяться, — предупреждает она, проводя ладонями по бокам, разглаживая красную кофту. Обтягивающая пижама подчёркивает небольшой округлый живот моей жены. Осознание того, что внутри неё растёт наш ребёнок, заставляет мою грудь расправиться.

— Я выгляжу нелепо.

— Нет, дорогая, — делаю осторожный шаг вперёд. — Ты никогда не можешь выглядеть нелепо. Ты сияешь.

Сдерживая желание прикоснуться к ней, я сжимаю руки в кулаки у себя по бокам.

Будто заметив это движение, она подходит ближе и мягко берёт меня за запястье. Потом, не отрывая взгляда от моих глаз, кладёт мою ладонь себе на живот.

Её тепло проникает в меня, пробуждая каждую дремлющую клетку. Я не чувствовал себя таким живым уже много месяцев. А может, и лет. Эмоции подступают к горлу, и я опускаю взгляд туда, где соприкасаются наши руки.

— Ты пока ничего не почувствуешь, — её голос тихий, хрипловатый.

Я киваю, сглатывая ком в горле. Это будет потом. А сейчас — само прикосновение, ощущение того, как там растёт наш ребёнок, — достаточно.

Она облизывает губы, вглядывается в моё лицо. И в её глазах появляется то, чего я не видел уже много месяцев. Чистое желание. Она смотрит так, будто хочет, чтобы я её поцеловал. Чёрт, будто ей это необходимо.

Груз, который я нёс слишком долго, словно сходит с плеч, и мне становится легче дышать. Моя жена всё ещё хочет меня.

Я чуть наклоняюсь вперёд, и она поднимает подбородок, приближаясь ко мне. Сердце колотится всё быстрее, стучит в ушах. Между нами остаётся всего пятнадцать сантиметров. Её губы чуть приоткрыты, дыхание обжигает моё лицо. Желание снова почувствовать её рот на своём пульсирует во мне с каждым ударом сердца.

Дверь распахивается с грохотом, сердце срывается с места, и мы мгновенно отскакиваем друг от друга.

— Мам, пап, быстрее! — кричит из дверей Ти Джей.

Когда я снова смотрю на Слоан, пламя в её глазах уже погасло.

— Я оставлю тебя одеваться, — говорит она и отходит.

Я киваю, проглатывая волны разочарования. Но даже когда дверь за ней закрывается, лёгкость того мгновения остаётся со мной. Между нами что-то меняется — и, похоже, в лучшую сторону.

Уголки губ сами собой тянутся вверх, пока я снимаю брюки и натягиваю нелепые зелёные пижамные штаны. Улыбка тут же превращается в гримасу, когда я чувствую сквозняк в том месте, где эта чёртов клапан.

Повернувшись, я пытаюсь заглянуть на собственный зад. Или хотя бы приблизительно.

— Папочка Салли.

Я разворачиваюсь на звук её голоса.

Она скользит по мне взглядом, медленно изучая мой обнажённый торс и живот, потом задерживается на члене, который дёргается под её взглядом.

Глаза её снова вспыхивают жаром.

— Папочка Салли.

Эти едва слышные слова будто бьют прямо в пах, и тонкая ткань никак не скрывает мою реакцию.

Она усмехается, явно получая от этой сцены столько же удовольствия, сколько и я.

— Ты взяла шапку? — раздаётся другой голос. Ло.

Слоан вздрагивает, её взгляд тут же ускользает.

— Да. Секунду. — Она заходит в комнату и хватает зелёную шапку с кровати. И, бросив на меня ещё один полный желания взгляд, выходит.