Он сжимает губы, и на секунду мне кажется, что он возразит. Но вместо этого кивает:

— Я знаю. Просто теперь, когда у тебя и у Кэла свои семьи… — он снова пожимает плечами. — Не уверен, что я вообще вписываюсь.

— Вписываешься куда? — раздаётся голос Кэла за моей спиной.

Брайан переводит взгляд на него, его глаза расширяются.

О, чёрт. Что опять натворил мой идиот-брат? Я оборачиваюсь и осматриваю его. И сразу с меня срывается что-то среднее между смешком и фырканьем.

— Ну разве не чудо? — Кэл разворачивается и трясёт задницей, демонстрируя свои нелепые пижамы. Уродливого зелёного цвета, словно их сшили для эльфа Санты. Сзади даже есть откидной клапан.

И надпись.

Папочка Кэл.

Я качаю головой. Один Бог знает, выбрал ли он это имя из-за сына или это «ласковое прозвище» от Ло.

— Тут даже колпак есть, — Кэл поправляет заострённый колпак на голове, потряхивая белым помпоном на конце.

Брайан фыркает, и я не могу сдержать смех.

Чёрт возьми, мой брат выглядит как клоун.

— Они идеальны, дядя Кэл! — Ти Джей вбегает в гостиную, волоча за собой кузена.

Вид мальчишек в одинаковых пижамах, у каждого своё имя на клапане, невольно вызывает улыбку.

Ти Джей подпрыгивает рядом с моим братом.

— Правда, крутые, пап?

Я киваю. Мой маленький парень выглядит очаровательно в чём угодно. Даже в таких безумных пижамах.

Он сияет глазами на Кэла, складывая руки на груди.

— Видишь? Я же говорил, он тоже наденет.

У меня замирает дыхание. Что теперь?

Кэл расплывается в улыбке, грудь его расправляется.

— Надеюсь, и дядя Брайан тоже. Мы же семья, а значит, на Рождество должны быть в одинаковых пижамах.

Мёрфи, чуть менее восторженный, подходит и кладёт на стол две прозрачные упаковки:

— Видимо, все мы должны стать эльфами. Ло и тётя Слоан тоже переодеваются.

В любой другой ситуации я бы наотрез отказался участвовать в очередном бреде брата. Но сейчас — Рождество. Я хочу, чтобы всё было идеально и для Ти Джея, и для Слоан. Если сын хочет, чтобы мы были в одинаковых пижамах, я согласен.

— Мы их наденем, — заверяю я сына.

— Знаете, что будет весело? — глаза Ти Джея вспыхивают так, что это начинает меня тревожить. Как будто он сейчас полезет карабкаться по стене, как Человек-паук. Опять.

— Что? Мне нужно знать, чтобы было всё весело, — Кэл хлопает в ладоши чуть слишком громко. С тех пор как несколько месяцев назад Мёрфи появился в его жизни, мой брат поставил себе целью сделать сына счастливым. А сделать Рождество идеальным для мальчика — особенно важно. Я понимаю его одержимость куда лучше, чем думал раньше.

— Весело, что Санта придёт, — уверяет его Мёрфи.

Лицо Кэла темнеет. На прошлой неделе, когда Мёрфи сказал, что Санта всегда пропускает его дом, я был уверен, что брат купит билет до Лос-Анджелеса, чтобы наорать на мать мальчика лично. А может, и придушить её.

Ло его успокоила, и теперь Кэл сосредоточен на том, чтобы это Рождество было настолько фееричным, что компенсировало бы шесть невзрачных лет, которые Мёрфи прожил до встречи с отцом. Мой брат порой выводит меня из себя, но я не могу не уважать то, как он справился с ролью отца для шестилетнего ребёнка.

Я бы не воспринял это так спокойно, если бы узнал о сыне только тогда, когда его оставили у нас в офисе с рюкзаком и запиской. Но мой брат не стал обвинять и не сорвался — он просто стал тем отцом, который Мёрфи нужен. И это подвиг для бывшего взрослого ребёнка. За считанные месяцы он повзрослел на десятилетия.

— Думаю, будет весело, если мы с Мёрфи устроим ночёвку в его комнате, — заявляет Ти Джей. — Правда, Мёрфи?

Мёрфи смотрит на отца.

— Если можно…

— Всё, что ты захочешь, — обещает брат.

— Да! — Ти Джей поднимает кулак и подпрыгивает ближе к кузену. Потом шепчет ему: — Мы сможем не спать и поймать Санту вместе.

— Что? — спина Кэла выпрямляется как струна.

Я усмехаюсь. Ти Джей уже два года подряд пытается поймать Санту, но до полуночи он всё равно не дотягивает.

— А теперь марш чистить зубы. Потом прочитаем «Ночь перед Рождеством» и выложим печенье.

— И каждый сможет открыть по одному подарку, — напоминает нам Ти Джей, будто мы могли забыть. Целый день он только и говорил, какой подарок откроет.

— Думаю, ты должен открыть мой, — Кэл перекатывается с пятки на носок, ухмыляясь.

— Или… — протягивает Ти Джей. — Может, по одному от каждого? — Он склоняет голову и расплывается в самой обаятельной улыбке. Маленький проныра не сдается. Мы уже трижды сегодня отказывали ему в этом.

— Ти Джей, — предупреждаю я.

Он хихикает.

— Ладно. Только один подарок сегодня.

Я указываю на коридор.

— Зубы.

Он кивает и поворачивается к кузену.

— Пошли. Мы можем сделать огромную кровать из одеял на полу. — И бросается в комнату Мёрфи, тот следует за ним. Когда мальчишки исчезают, я встаю.