Он подходит к ноутбуку, пальцы летают по клавиатуре. – Команда Дэнни отвечает за всё техническое наблюдение. Если я смогу войти в их систему без авторизации... – Он замолкает, сосредоточившись.

– Это законно? – спрашивает Бет.

– Вероятно, нет. Но позволить кому-то самоуничтожаться, потому что он думает, что никому нет до него дела, тоже не совсем правильно. – Пальцы Мэттью замирают над клавиатурой. – Есть. Нашел.

– Где он?

– Уэльс. Глушь, судя по всему.

– Уэльс? – Я моргаю от удивления. – Что он делает в Уэльсе?

– Прячется. От тебя, от меня, от всех, кто мог бы попытаться вразумить его.

Я уже тянусь за курткой. – Как далеко?

– Пять часов на машине. Может, шесть, в зависимости от трафика.

– Мне нужно ехать. Сейчас.

Мэттью встает. – Я отвезу.

– Тебе не нужно...

– Нужно. Себастьян уволил меня, но это не значит, что я перестал заботиться о том, что с ним случится. И если есть шанс, что вы сможете достучаться до него, когда никто другой не может... – Он пожимает плечами. – Тогда я везу вас в Уэльс.

Поездка кажется бесконечной. Мэттью ведет по автомагистралям, пока я сижу на заднем сиденье, мой разум мчится обдумывая, что я хочу сказать Себастьяну. Как объяснить, что теперь я понимаю. Как извиниться за то, что убежала, когда он пытался защитить меня. Бет сидит на переднем сиденье, иногда тихо переговариваясь с Мэттью, но я не слышу их.

Как сказать ему, что Мэттью был прав – я влюбляюсь в него.

– Что, если он не захочет меня видеть? – спрашиваю я, когда мы пересекаем границу Уэльса.

– Он захочет, – с уверенностью говорит Мэттью.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что ты – причина, по которой он прячется. Ты единственный человек, который может заставить его остановиться.

Деревня, в которую мы приезжаем, такая же отдаленная, как и предполагал Мэттью: древние каменные здания, расположенные в долине, окруженной холмами и фермерскими угодьями. GPS ведет нас к небольшому коттеджу на окраине, изолированному, с видом на ручей.

«Рейндж Ровер» Себастьяна припаркован снаружи, но коттедж выглядит темным, безжизненным.

– Ты уверен, что он здесь? – спрашивает Бет.

Мэттью проверяет ноутбук. – GPS говорит, что да. Машина не двигалась три дня.

Я делаю глубокий вдох, собираясь с духом. – Я иду.

– Хочешь, чтобы мы пошли с тобой?

– Нет. Это то, что я должна сделать одна.

Я иду по каменной дорожке к двери коттеджа, мое сердце колотится о ребра. Что, если Мэттью ошибается? Что, если Себастьян откажется видеть меня, откажется слушать?

Что, если я опоздала?

Я стучу в дверь и жду. Никакого ответа.

Я стучу снова, сильнее на этот раз. – Себастьян? Это Сафи. Я знаю, что ты там.

Снова ничего.

Я пробую дверную ручку, и к моему удивлению, она не заперта. Я медленно открываю ее.

– Себастьян?

Коттедж маленький, тускло освещен последними лучами дневного света, просачивающимися сквозь грязные окна. Я вижу Себастьяна сразу – он сидит в кресле у окна, бутылка виски на столе рядом, смотрит на холмы.

Он выглядит ужасно. Его обычно безупречный внешний вид полностью развалился. Щетина темнеет на челюсти, волосы растрепаны, рубашка мятая и в пятнах. Он выглядит как человек, который сдался во всем.

– Как ты нашла меня? – Его голос хриплый, едва слышный шепот.

– Мэттью. Он волнуется за тебя.

– Я уволил Мэттью. Вмешивающийся придурок.

– Это не значит, что он перестал заботиться. – Я шагаю дальше в коттедж, закрывая за собой дверь. – Так же, как мой уход не значит, что я перестала заботиться.

Себастьян не смотрит на меня, продолжая смотреть в окно. – Тебе следует уйти, Сафи. Ты была права, что ушла от меня. Я монстр.

– Ты не монстр.

– Нет, монстр. – Он берет бутылку виски, делая долгий глоток прямо из горла. – Я убиваю людей, которые угрожают тому, что мое. Я манипулирую ситуациями, чтобы получить то, что хочу. Я принимаю решения за других, не советуясь с ними. Кто я, блядь, такой?

Я приближаюсь, замечая пустые бутылки, разбросанные вокруг кресла, как слегка дрожат его руки. – Тот, кто уничтожает хищников, причиняющих боль детям. Тот, кто защищает людей, которые ему дороги. Тот, кто никогда не учился любить без попыток контролировать.

– Уничтожает. Контролирует. Звучит как гребаный монстр.

– Нет, не звучит. – Я опускаюсь на колени рядом с его креслом, заставляя его посмотреть на меня. – Себастьян, я знаю, кем на самом деле был Деймон. Я знаю о файлах, о сети, о детях, которым он причинил боль. Я знаю, что ты убил его не из ревности, а потому, что он был монстром.

Впервые Себастьян встречает мой взгляд. В нем столько боли, столько ненависти к себе, что у меня перехватывает дыхание.

– Ты ненавидишь меня, – говорит он просто. – Я видел это по твоему лицу в полицейском участке. Отвращение, отвержение. Я видел этот взгляд раньше.

– Когда?