Мой голос разносится по залу ожидания, заставляя несколько других людей поднять головы. Но я вижу только ее, то, как она вжимается в стул, пытаясь исчезнуть.

— Что ты здесь делаешь? — Ее голос едва слышен.

— То же, что и ты. Отвечаю на вопросы о Филлипсе.

— Ты... — Она выглядит растерянной, потерянной. — Они тоже тебе позвонили?

— Они знают, что мы были... вместе, до его смерти.

Бет наклоняется вперед, враждебность исходит от каждой линии ее тела. — Тебе нужно держаться от нее подальше.

— Мне нужно поговорить с ней. Наедине.

— Как бы не так...

— Бет, все в порядке. — Голос Сафи тих, но тверд. Она встает на нетвердых ногах, и я должен сопротивляться желанию протянуть руку и поддержать ее. — Мы можем... мы можем поговорить минуту.

Бет выглядит так, будто хочет спорить, но что-то в выражении Сафи останавливает ее. Вместо этого она ограничивается предупреждающим взглядом в мою сторону.

Сафи следует за мной в более тихий угол зала ожидания, сохраняя осторожную дистанцию между нами. Всё в ее языке тела кричит о страхе, и это убивает меня.

— Ты ужасно выглядишь, — говорю я, потому что это правда и потому что я не могу удержаться.

— Спасибо. Ты тоже.

Мы стоим мгновение, просто глядя друг на друга. Три недели разлуки, и пространство между нами кажется океаном.

— Сафи, прежде чем ты войдешь туда...

— Не надо. — Она поднимает руку, останавливая меня на полуслове. — Я не хочу слышать твоих объяснений или оправданий. Я видела то, что видела.

— Ты видела, как я защищал тебя от того, кто планировал причинить тебе боль.

— Я видела, как ты убил человека.

Слова повисают между нами, жестокие в своей простоте. Но в ее голосе есть что-то еще, неуверенность. Будто она пытается убедить себя так же сильно, как и меня.

— Ты не понимаешь, кем он был...

— Я понимаю достаточно. — Но ее голос слегка дрожит. — Я понимаю, что ты хладнокровно убил безоружного человека.

— Он не был безоружен, когда напал на меня. И он не был невиновен.

— В чем невиновен? В том, что был расстроен из-за расставания? В том, что не мог отпустить? — Ее голос повышается, привлекая взгляды других людей в зале ожидания. Она замечает это и снова понижает голос. — Это не оправдывает...

— Принцесса. — Ласковое обращение заставляет ее замолчать. — Ты собираешься узнать о Деймоне Филлипсе вещи, которые изменят все, что ты, как ты думаешь, знаешь о нем. О той ночи. О том, от чего я тебя спас.

Что-то мелькает в ее глазах: сомнение, любопытство, страх. — О чем ты говоришь?

— Когда ты войдешь туда, когда они скажут тебе, что нашли на его компьютерах, чем он на самом деле занимался... — Я приближаюсь, замечая, что она не сразу отступает. — Ты поймешь, почему он должен был умереть.

— Себастьян, я...

— Мистер Блэквуд? — Детектив Чен появляется рядом с нами, прерывая то, что Сафи собиралась сказать. — Мы готовы принять вас.

— Да, конечно, спасибо, детектив.

Я смотрю на Сафи еще раз, прежде чем последовать за детективом Чен в комнату для допросов.

Как и ожидал Мэттью, допрос рутинный. Видел ли я что-то ненормальное в поведении Деймона, говорила ли мне Сафи что-нибудь о нем? Я держал ответы краткими и позаботился, чтобы Сафи не была втянута ни во что. К концу детектив Чен любезно отпустила меня.

Когда я возвращаюсь в зал ожидания, Сафи сидит рядом с Бет, нервно покусывая пальцы. Инспектор Чен направляется к ней.

— Мисс Дженкинс, пройдемте со мной, пожалуйста?

— Вообще-то, — вмешивается новый голос, — мисс Дженкинс не будет говорить без представителя.

Мы все поворачиваемся и видим приближающегося Джеймса Кармайкла: дорогой костюм, хищная улыбка, портфель в руке. Он выглядит именно так, как и есть, — адвокат, который мог бы оправдать серийного убийцу.

— Простите, кто вы? — спрашивает Чен, явно раздраженная осложнением.

— Джеймс Кармайкл, представляю мисс Дженкинс. — Он протягивает ей визитку с отточенной эффективностью. — Мне нужно несколько минут, чтобы проконсультироваться с моей клиенткой перед любым допросом.

— Я не... — начинает Сафи, выглядя озадаченной. — Я не вызывала адвоката.

Взгляд Кармайкла на мгновение скользит ко мне, так быстро, что только я это замечаю. — Кто-то, обеспокоенный вашим благополучием, связался с моим офисом. На безвозмездной основе, естественно.

Чен выглядит подозрительно, но не может спорить с правом на юридическое представительство. — Хорошо. Комната для переговоров Б доступна для консультации с клиентом.

Когда Кармайкл ведет ошеломленную Сафи к комнате для переговоров, она оглядывается на меня через плечо. Выражение ее лица нечитаемо: замешательство, подозрение, что-то, что может быть благодарностью.

— Я буду ждать, — говорю я ей. — Когда закончишь, когда узнаешь правду, я буду здесь.