Я не сдвинулась ни на миллиметр. Все остальные неторопливо побрели к фасаду громадного замка, упиравшегося прямо в небо — ну, не буквально в небо, конечно, но ощущение складывалось именно такое. Прохладный порыв ветра ударил мне в затылок, безжалостно растрепав укладку. Меня что, сглазили? Это место наводило на меня дикую жуть. Оно смахивало скорее на фамильный склеп Франкенштейна, чем на приличное шато. Я снова уставилась на парадное крыльцо с алебастровыми колоннами и дрожащими огоньками свечей. Чует моё сердце, эта свадьба закончится форменной кровавой резнёй.

— Ну же, миха, — поторопила Мами. — Снимай ботильоны…

— Фу! Мами, я терпеть не могу, когда мои носочки касаются мокрой травы! Неужели у них нет хотя бы гольф-кара, чтобы подбросить нас наверх?

Перегибала ли я палку? Возможно, для всех остальных — да, но только не для себя любимой.

— Айви Джейд, клянусь, искренне надеюсь, что ты не забыла свою драгоценную книжку, — подал голос брат. — Иначе эти чертовы выходные покажутся нам бесконечной пыткой, — пробормотал он себе под нос, но я всё равно расслышала каждое слово.

— Ну естественно, взяла! — Я победоносно извлекла её из сумочки-книги. Корешок «Маленьких женщин» изрядно истрепался за долгие годы службы, зато страницы внутри оставались девственно безупречными.

В самолёте я успела проглотить всего три главы «Снимая маску с моего светлого рыцаря», и единственной причиной, способной заставить меня вскарабкаться по этой проклятой лестнице, было желание поскорее запереться в спальне и продолжить чтение. А почему, собственно, нет? Пусть меня и притащили силой в эту пугающую громадину, мысленно я уже таяла в объятиях Романа Найта — двухметрового статного красавца в сверкающей маске и доспехах, которого автор явно написала исключительно для меня, настоящей принцессы.

Меня ждали непрочитанные страницы, комментарии в книжных блогах и сладкие грёзы об истинной романтике, не имевшие ничего общего ни с этим хэллоуинским кошмаром, ни с грядущей встречей с Антонио. Я перечитывала эту сагу уже сотню раз. Только в этой книге жили мои самые любимые цитаты. Кончики пальцев машинально скользнули по запястью, пробуждая воспоминание о том дне, когда я набила памятную татуировку с заветной строчкой — Мами тогда едва не прибила меня на месте. Я нервно одёрнула рукав: мне строго-настрого велели прятать этот позор.

— Она со мной, — гордо объявила я, потрясая книгой, — и готова спасти меня от этой недели! То есть… не в том смысле, что здесь будет плохо. Просто, ну, понимаете…

— Что именно? — обернулась через плечо Таллула.

Я нахмурилась и замялась: язык явно опережал мысли, а это грозило катастрофой. Даже Мами наградила меня мимолётным испепеляющим взглядом. Набрав полную грудь воздуха, я натянула самую ослепительную из своих улыбок:

— Ребята! Я просто сплю и вижу, как поднимусь по этим ступеням! Если начну читать с пролога, то закончу аккурат на верхней площадке! — прощебетала я, задорно прищурив глаза.

— Ну ты и чудачка, — усмехнулась Таллула. — Тебе точно понравятся все развлечения, которые я для нас запланировала: с самого утра и до глубокой ночи. Всё будет прямо как в старые добрые времена. — Таллула поравнялась со мной и подхватила под руку, увлекая к подножию лестницы прямиком в ад. — Помнишь, как здорово мы раньше отрывались? — мечтательно протянула она.

Я скептически скривила губы:

— Конечно, помню. Ровно до тех пор, пока мой братец не увёл тебя у меня из-под носа. — Я обиженно надула губки.

— Ты же в курсе, что я сохла по твоему брату чуть ли не с первой секунды знакомства? — подмигнула она.

— Ну так понятное дело, я узнала, только когда ты сама раскололась. До тех пор, пока вы не сошлись после колледжа, это была тайна за семью печатями.

Таллула закатила глаза:

— Только потому, что я знала, как сильно ты расстроишься. — Сюрприз, сюрприз. — Ты всегда была моей самой близкой и лучшей подругой на свете. — Она легонько коснулась лбом моего лба: — Спасибо тебе огромное, что согласилась стать свидетельницей.

— Тал, — пискнула я. — Ну что за сопли! Для меня это невероятная честь.

— А я говорила тебе, что внутри есть огромная библиотека? — с козырей зашла Тал.

— Чего?! Да ладно, не гони! — ахнула я.

— Так, народ, живее! Пора идти, — крикнул издалека Густав, красноречиво постукивая пальцем по наручным часам.

— Ладно-ладно, — вздохнула я, стягивая ботильоны от Louboutin вместе с носочками и брезгливо растопырив пальцы на влажной траве. Гадость какая.

Вы мне за это ещё поплатитесь, Густав и Таллула.

Когда мы наконец добрались до самого верха, всё, о чём я мечтала — это доползти до кровати, но Таллула наотрез отказалась от отдыха, настаивая на немедленном выходе на сбор яблок.

Придётся держаться изо всех сил. Сбор яблок, если подумать, звучал довольно мило и идеально подходил под мой образ: красная лента в полухвосте, платье кремового оттенка и очаровательный вязаный кардиган вишнёвого цвета. Оставалось лишь заменить ботильоны на мои красные туфли на каблуках для сбора яблок.