Мне и самой хочется, чтобы мама поскорее оказалась дома, подальше от Лейлы и этого аэропорта. Особенно когда бывший в очередной раз смотрит на часы и предлагает двигаться дальше.

Лейла и правда летит отдельно, вместе со своими детьми и няней, хоть это условие Архип выполнил. Выходит, до самолета мы с ней больше не пересечёмся, и я очень надеюсь, что после прилёта тоже. Ее посадку объявляют раньше на полчаса.

Перед тем как уходить на свою, обнимаю маму.

– Ты только не переживай за нас, ладно?

Она прижимает меня к себе крепко, совсем не так, как обычно обнимает на прощание после вечерних посиделок.

– Ты мне звони. Не молчи там, договорились?

– Буду звонить.

– И если что-то не так…

– Я вернусь, мам. Не переживай, все будет хорошо, валькирия моя.

Она кивает, коротко смеясь, затем целует дочку, потом ещё раз меня и мне вдруг становится трудно отпустить её. Кажется, только вчера я собиралась просто снять квартиру, жить с Лилей и работать, а теперь лечу на море с бывшим мужем, провожая взглядом мать, которая только что едва не искалечила его любовницу. Как порою закручена бывает жизнь…

Хорошее приключение, ничего не скажешь. Мама сама же мне его предложила, а теперь смотрит так, что я почти готова остаться. Но Лиля уже тянет меня за руку, и мы идём за Архипом.

В салоне бизнес-класса дочка первым делом устраивается у иллюминатора, деловито возясь с ремнями безопасности. Я сажусь рядом, а бывший занимает место через проход. Он некоторое время отвлекается на телефон, пока я помогаю Лиле пристегнуться и отвечаю на её вопросы.

Когда мы наконец взлетаем, дочка прижимается лицом к иллюминатору. Я смотрю на неё и стараюсь не думать, куда именно согласилась поехать, и зачем. Ей хорошо, она будто очень давно ждала этого моря, и пока что мне вполне достаточно видеть её радость.

Архип поворачивается ко мне, когда Лиля уже начинает клевать носом, надев наушники.

– Так откуда у тебя взялся тот тест? – спрашивает, наклонившись ближе.

Я перевожу взгляд на него.

– У моей матери тоже есть связи, Рокотов.

– Какие?

– Полезные, как видишь.

Он сжимает губы и некоторое время смотрит на меня, ожидая, что я всё-таки поясню, но посвящать его в мамины знакомства я не собираюсь. Раз ему так хочется разобраться, пускай начинает со своих дел, а не с моей родительницы. Да и сдавать ему тётку тоже не стоит. Не мое это дело – болтать лишнее.

– И ты уверена в этой бумаге?

– А ты в своей уверен? Мы уже об этом говорили, Рокотов, не повторяйся.

Архип отворачивается, и по тому, как он хмурится, видно, что вопрос его всё-таки задел. Теперь он в кои-то веки думает о чём-то другом, кроме того, как заставить меня быть покорнее.

– Щедрый ты человек, Рокотов, – добавляю. – Детей толком не проверил, а уже везёшь отдыхать вместе с матерью. Прямо завидно, как людям повезло.

– Я тебе уже сказал, что делал тест, – выдыхает он недовольно.

– А я тебе другой показала. Тебя ничего не смущает?

Он молчит, пока я разглядываю на его профиль, стараясь понять, что именно не дает ему усомниться в Лейле. Её уверенность? Умение улыбаться и говорить про наше прогрессивное сообщество? Или так трудно признать, что тебя тоже могли обмануть?

– Щедрый лох получается, – произношу тише, чтобы не разбудить дочку.

Архип поворачивается ко мне уже совсем недобро.

– Я всё проверю, не переживай за меня.

– Раньше надо было. Лаборатории две как минимум. Мне ли тебя учить?

– Это непросто, – отвечает он. – Да ты и сама видишь, как они на меня похожи.

Пожимаю плечами:

– Не разглядывала, а вообще… такой себе признак. А теперь, будь добр, помолчи, я хочу фильм посмотреть.

Лиля уже спит, чуть приоткрыв рот, и я надеваю наушники. Архип ещё какое-то время смотрит в мою сторону, сверля меня тяжелым взглядом, но я выбираю фильм и больше не поворачиваюсь к нему. Сегодня с меня достаточно общения. Пусть хотя бы часть дороги сам посидит со своими сомнениями. Я же сидела, и ничего, справилась.

К моменту приземления дочка успевает выспаться и снова начинает спрашивать про море. Я обещаю, что скоро увидим, и включаю телефон. Почти сразу приходит мамино сообщение.

«Вы уже долетели? Всё хорошо?»

Отвечаю, что всё хорошо, приземлились, сейчас будем получать багаж. Добавляю, чтобы она не волновалась, хотя прекрасно понимаю, насколько бесполезна эта просьба.

Мы выходим из самолёта и идем за чемоданами. Архип берет Лилю за руку. Я иду рядом, поглядывая на телефон, не решила ли мама уточнить ещё что-нибудь.

Получив багаж, направляемся в общий зал прилёта, и тут я замечаю Лейлу…

Она прилетела чуть раньше нас. Стоит в стороне, рядом ее мальчишки и няня, а перед ней с цветами стоит высокий седой мужчина. Он что-то с улыбкой говорит, наклонившись к ней, и Лейла слушает, отвечая ему такой же улыбкой. Никак семейная сцена?