» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 18 из 30 Настройки

– Неси. На пятерых, сразу двойной. Да и закуску подходящую тоже организуй, – распоряжается Мадина. Едва парень уходит, снова впивается в меня взглядом и заявляет: – Если честно, мне вашу с Егорынычем пару жальче, чем развалившийся союз Питта и Джоли. Вы же были атомной станцией, блин. Всех заряжали. Черт, да меня порно не так заводило, как вечер с вами!

– Эта станция едва не взлетела на воздух, Мадь, – парирую я с усмешкой, нервно прокручивая на пальце кольцо.

– Ну вы же любили!

– И мы сохранили эту любовь в нашем сыне. Ему отдали все излишки. А так бы уничтожили друг друга.

Оля с Ю меня поддерживают, а Мадина, дождавшись, когда официант выставит на стол доску с шотами, провозглашает:

– Ладно. За сохраненную энергию!

Выпиваем, закусываем, снова выпиваем и на кураже бежим на танцпол. Я оказываюсь в эпицентре толпы аккурат под первые ноты «Come undone». Они божественны! Растворяясь в вибрациях, от чистого экстаза чуть не улетаю.

Как же здорово, что Ярошевич не страдает той больной ревностью, которой изводил меня Нечаев. С ним я могу позволить себе не только танцы, но и легкий флирт.

La dolce vita[1], черт возьми. Поистине так.

[1] La dolce vita (итал.) – сладкая жизнь.

__________

Всем спасибо❤️❤️❤️

Эпизод восьмой: Аварийная декомпрессия.

«Ненавижу проигрывать», – эта навязчивая мысль прибивается к берегу моего сознания, едва я сажусь в такси, и дрейфует у кромки, словно непотопляемый токсичный мусор, до самого дома.

Из-за нее у меня киснет настроение.

И это несмотря на то, что вечер по всем пунктам выдался прекрасным. Я наболталась, насмеялась, натанцевалась… Так откуда эта гнусная тоска? Что за неудовлетворенность скребется изнутри?

Уже дома, в гулкой тишине пустого пентхауса, ментальный раздрай бьет по телу: за ребрами после серии ноющих толчков разгорается вялотекущий и оттого еще более раздражающий воспалительный процесс. Пытаясь ликвидировать очаг, организм стягивает туда соответствующие ресурсы, и вот тогда начинается по-настоящему бурная суматоха. Разыгравшуюся дрожь, будь у меня проблемы с психикой, можно было бы счесть предвестником срыва. Но у меня ведь все хорошо. Все под контролем.

Просто чертовски устала.

Зная свое жилище от и до, даже в состоянии алкогольного опьянения прекрасно ориентируюсь в темноте. Со звоном сваливаю на консоль прихожей ключи. Следом, успев поморщиться, швыряю сумку. Балансируя то на одной, то на второй ноге, стряхиваю босоножки, когда по пустому пространству прокатываются два размеренных удара гонга.

Два часа ночи. Ну прелестно, блин.

Утром, чтобы выглядеть по-человечески, придется попотеть.

Машинально расправив без конца загибающийся край подола, иду через полумрак гостиной к соединенной с ней кухне. Света здесь ровно столько, сколько дает мерцающий за панорамными окнами город. Мне его, в общем-то, достаточно. Лампы над островом включаю исключительно ради вайба.

Замедлившись, распахиваю винный шкаф.

– Моя вина сегодня белая или красная? – мурлычу себе под нос.

Долго, естественно, не думаю. Вытягиваю первую попавшуюся бутылку. По чистой случайности ею оказывается пино-нуар. Еще немного суеты: беззвучный ход ящиков, стук бокала о столешницу, скрип штопора, глухой хлопок пробки, плеск рубиновой жидкости – и по кухне растекается сладковатый запах вишни.

Вино отличное, но его как будто недостаточно.

«Я ненавижу проигрывать», – продолжает звучать в моей голове.

И я вдруг понимаю, чей это голос. Той самой Агнии Филатовой, которой я, свято веря в свое главенство, периодически позволяю подышать.

Весь ужас в том, что сейчас разрешения ей я не давала. Что впервые она не вместо моей взрослой ипостаси, а одновременно с ней. Что заткнуть ее не получается.

Это абсурдно, но мне становится страшно. Я ведь знаю, на что она способна, если ее не контролировать. Мне этого даром не надо.

«Не лги. Мы обе любим неприятности».

– Пошла на хер, блядь. А лучше сдохни.

Да. Я разговариваю сама с собой, и это, конечно же, полный пиздец.

Сердце молотит, поднимая к голове одуряющую волну жара. Виски сечет острым дробным пульсом. Уши закладывает, слух режет тонким писком. Во рту становится сухо. Неудивительно, ведь грудь мгновение назад превратилась в топку.

Стоит ли уточнять, кто хлещет туда керосин?

«Ты ведь никогда не была идиоткой, сейчас зачем начинать? Неужели так все оставишь? Хватит прикидываться, что это именно та жизнь, о которой ты мечтала. Жалкое зрелище».

– У меня охуенная жизнь. Сын, карьера, стабильные отношения, – цежу заученный текст чуть более эмоционально, чем обычно. – Ты просто ненормальная сука. Только тебя ни хрена не устраивает, если вокруг все не взлетает на воздух. Только тебя. Я не собираюсь творить дичь. Не старайся меня спровоцировать. Не получится, блядь. Я не позволю себя раскачать.

«Стабильность – синоним скуки. Ты даже кончить, не представляя на его месте Нечаева, не можешь».

В ушах включаются басы. Кровь начинает кипеть.

– Пошла ты, – выплевываю я, задыхаясь.