Когда мои ноги перестают бунтовать, я отталкиваюсь от стойки и выхожу из кухни, не оглядываясь, хотя все еще чувствую призрак его рук на своей коже, его рта на своей груди...

Как я вообще смогу убираться там без флешбэков о том, как Роан был на мне?

Сосредоточься. Мне нужно сосредоточиться. Я потираю виски, бесцельно бродя по гостиной, пытаясь успокоить бешено скачущие мысли.

Здесь безупречно чисто, так что нет даже настоящей работы, чтобы отвлечь меня от спирали.

Я направляюсь к задней части коридора, где лестница ведет наверх, мой разум все еще бурлит опасными вопросами.

Роан что-то нашел на меня? Я знала, что он попытается проверить меня после того, как увидел, как я надрала задницу Фредерику, но не думала, что он на самом деле что-то найдет.

Нет никакой вероятности, что его решение называть меня Катиной случайно. Не тогда, когда оно так близко к моему настоящему имени.

Неужели?

Лестница открывается в просторную гостиную с панорамными окнами, зеркально отражающими те, что внизу, с гладкими черными перилами по краям и потрясающей черной люстрой, свисающей над группой мягких пуфиков. Все пространство великолепно и дает идеальный обзор нижнего этажа — входной двери и гостиной.

Вот как он увидел, что я вошла раньше.

С другой стороны — еще один коридор с несколькими дверями. Спальни, вероятно. И к одной из дверей приклеена записка: Комната Катины.

Опять это имя.

Я тяжело сглатываю, вспоминая свою дилемму. Знает ли он мою настоящую личность? Моя рука дрожит, когда я отклеиваю записку.

Нет, не может быть.

Если бы он знал, меня бы здесь не было. Я была бы в Frigorifer или в какой-нибудь подвальной камере пыток.

Эта мысль немного успокаивает меня. Это была просто удачная догадка с его стороны — он никогда не скрывал своего отвращения к имени Миа, поэтому придумал альтернативу.

Вот и все.

Я киваю себе, пытаясь поверить. Если я продолжу устраивать сцены из-за того, что он называет меня Катиной, это может на самом деле заставить его заподозрить неладное. Лучше просто принять это и двигаться дальше.

Я открываю дверь в мою новую спальню и сразу ахаю.

О. Боже. Мой.

Я не бедна — и квартира Эмилии в Манхэттене, которую я с ней делила, была недешевой, — но эта комната находится на совершенно другом уровне. Мягкие, элегантные серые стены окутывают пространство, и полированный мрамор мерцает под светом, будто пытается впечатлить меня.

Огромное панорамное окно, которое я начинаю узнавать как фирменную черту этого дома, делает копию сада покойной Ханы Пермети невероятно близкой. На мгновение кажется, что весь пейзаж шагнул в комнату, больше похожий на фотографию, чем на вид, и я застываю, глядя прямо в него.

Кровать размера «queen-size» занимает одну стену, украшенная белыми и черными подушками и одеялом в бело-темно-синих тонах, идеально расположенными под абстрактной картиной в соответствующих оттенках. Пушистый ковер у изножья расстилается мягким, приглашающим облаком, и моим пальцам ног не терпится проверить его. Тумбочки по бокам кровати, каждая увенчана маленькой лампой в стиле ар-деко, которая вписывается в общий чистый, продуманный стиль комнаты.

Прямо напротив темно-серый пуфик идеально вписывается в пространство, а у двери компактный письменный стол со своей лампой завершает ансамбль.

Когда я вхожу, я снимаю обувь, не желая тащить грязь по великолепному ковру. Как только мои пальцы ног погружаются в его мягкость, из меня вырывается тихий вздох, и я позволяю себе насладиться ощущением мгновение, прежде чем направиться к массивному окну. Вблизи очевидно, что у этой комнаты лучший вид на сад, такая точка обзора, которую можно получить, только если кто-то продумывал каждую линию этого дома с намерением.

Роан, должно быть, тщательно рассчитал углы, убедившись, что каждая спальня имела хотя бы часть этого места, чтобы любоваться. Мысль посылает глупый маленький укол в грудь. Ему повезло — у него есть то, что напоминает ему о покойной маме. У меня нет ничего, чтобы помнить родителей. Ничего, кроме Кайлы.

Укол угасает, когда реальность возвращается, и я отхожу от окна, вспоминая о своей цели здесь. Оставив в стороне мое влечение к Роану, возможно, жизнь в его доме — не самое худшее. Я могла бы найти информацию, которая нужна похитителю Кайлы, быстрее с круглосуточным доступом.

Любопытство подталкивает меня к остальной части комнаты, и я замечаю две двери. Одна открывается в хорошую ванную среднего размера, другая — в небольшую гардеробную, которой более чем достаточно для тех немногих вещей, что у меня есть.

Удовлетворенная, я покидаю спальню и с новым энтузиазмом спускаюсь вниз. Пришло время начать шпионить под видом уборки. Я направляюсь к маленькому шкафу у входной двери, который заметила раньше, и, конечно, он полностью укомплектован чистящими средствами: пылесос, веник, швабры, отбеливатель, мыло — все, что может понадобиться профессиональной горничной.

За исключением того, что здесь нечего убирать.