Но никакой нож не может быть безопасным, когда он вонзается тебе в грудь.

Я поморщилась, когда Си-Джей просунул мою правую руку в рукав безразмерной футболки. Боль, жгучая и непрекращающаяся, пронзала тело каждый раз, когда приходилось двигать рукой вверх или вниз.

Сбросить спортивные штаны я могла и сама, но натянуть их обратно было вдвое сложнее. Так что мне пришлось позволить ему натянуть их мне на бедра.

— Надеюсь, ты понимаешь, какую сдержанность я сейчас проявляю, — сказал он с чертовской усмешкой. Он опустился передо мной на колени и скользнул ладонями под футболку, задев костяшками пальцев пирсинг на соске.

— Прости, — вздохнула я, глядя в зеркало на свою недельную косу и решив, что еще один день без расчесывания — вполне допустимая жертва. — Я сейчас немного не в форме.

Его золотисто-зеленые глаза встретились с моими, полные нежности.

— Не извиняйся. Но помяни мое слово, егоза: как только ты встанешь на ноги, я сделаю так, что тебе будет чертовски хорошо.

Смутное воспоминание о той ночи в баре всплыло в памяти. Я коснулась его щеки, пока он все еще стоял на коленях, и посмотрела прямо в эти гипнотические глаза.

— Рассчитываю на это, красавчик.

33

Карсон Джеймс

Джессика встретила меня заигрывающей улыбкой, когда я проскользнул через обеденный зал и пошел по коридору мимо кухни. Рядом с ней стояла Виктория — женщина, с которой Леннон столкнулась в прошлой жизни. Она как раз училась быстро перекрывать столы во время обслуживания.

Прошел месяц с того дня в кладовой, когда я молил бога, чтобы Леннон не перестала дышать, пока она истекала кровью у меня на руках. Я каждый день был рядом, пока она боролась за жизнь в больнице. Когда она вернулась домой, я оставлял ее только тогда, когда знал, что кто-то другой сможет помочь, и тут же возвращался.

Леннон вышла на работу всего пару дней назад, и это меня чуть не прикончило. От мысли, что она не под моим присмотром, меня буквально тошнило. Ей следовало отдыхать, но она была невероятно упрямой.

Я заглянул в смотровое окошко кухонной двери и увидел ее.

Она переминалась с ноги на ногу у линии раздачи. Поварской китель был слишком мешковатым, и нельзя было понять, легко ли ей дышать. Я заметил одуванчик в узком кармашке на рукаве и улыбнулся.

Дверь приглушала кухонный хаос, но я все равно слышал, как она спокойно раздает указания своей команде под стрекот принтера, выдающего чеки.

— Шеф, вы в порядке? — спросил Зак, работая у гриля за ее спиной.

— Да, — ответила Леннон, но выглядела она скверно. Она была совершенно измотана. На лбу выступил пот, и она опиралась на рабочий стол, чтобы не упасть.

Леннон боялась возвращаться на кухню. Отчасти потому, что именно здесь на нее напали, но больше потому, что не хотела казаться слабой перед подчиненными.

Зак бросил приборы и метнулся за угол. Он вернулся в мгновение ока, неся табурет.

— Сядьте, шеф.

— Я в порядке, — бросила Леннон, даже не взглянув на него.

Я стиснул зубы, глядя, как Зак, хмурясь, переворачивает стейки.

— Мы только-только вас дождались. Не хватало еще снова потерять. Садитесь.

Фыркнув, Леннон подчинилась и осторожно опустилась на табурет.

Суета не прекращалась ни на секунду. Повара приспособились к тому, что Леннон управляет этим безумием сидя, и тарелки продолжали лететь в зал одна за другой.

— Двенадцатый столик передает благодарность шеф-повару, — произнес официант, ворвавшись в дверь.

Леннон кивнула в сторону Зака.

— Иди, получи свою порцию похвал. Ты заслужил.

Тот удивился.

— Вы уверены?

— Ты подменял меня несколько недель. Я постою у гриля пару минут. Иди.

Они поменялись местами. Зак снял фартук, расправил рукава и направился в зал. Леннон принялась работать на раздаче и у гриля одновременно.

Семья, наверное, уже ждала меня наверху, но мне было плевать. Мне нужно было еще хоть минуту посмотреть на нее, чтобы убедиться, что с ней все хорошо.

Я обожал наблюдать за тем, как она работает. В ней была легкость и уверенность, даже в самые напряженные моменты. Она поймала тот самый ритм, который чувствую я, когда мчусь на своеЙ лошади.

Это была ее стихия. Самая искренняя ее часть, и я любил это всем сердцем.

Зак поспешно вернулся на кухню и занял свое место у гриля, оставив Леннон за главную на раздаче. Видимо, я привлек его внимание, потому что он заметил меня в окошке и коротко кивнул.

Поняв, что Леннон в надежных руках, я кивнул в ответ и поспешил в ресторан на крыше, где собрались мои родные.

Над длинным деревянным столом висели шары и поздравительный плакат.

— А Леннон придет? — спросила Бри с почетного места во главе стола.

Сегодня мы праздновали ее окончание школы. Леннон из кожи вон лезла ради моей старшей племянницы, составив меню из всех ее любимых блюд.