Леннон взяла меня за руку, мы вышли из конюшни и сели в грузовик. Я захлопнул ее дверцу и, обходя машину сзади, сунул руку в карман, проверяя, на месте ли кольцо, которое я не выпускал из виду весь вечер.

Я отъехал от конюшни и направился прямо по траве. Лучи фар плясали по равнине, пока мы проезжали мимо дома для работников.

Леннон посмотрела на меня с любопытством.

— Что-то случилось?

— Нет.

— Почему мы не едем домой? — спросила она. — Тебе нужно проверить стадо или еще что-то?

Я приобнял ее за плечи.

— Подумал, нам стоит немного прокатиться, прежде чем ложиться спать.

Леннон устроилась поудобнее и положила голову мне на плечо.

— Увези меня, ковбой.

Я хмыкнул.

— Слова те самые, только порядок не тот.

Она мягко улыбнулась.

— Я только учусь.

Я взял ее руку и поднес к губам, запечатлел поцелуй на ладони, а потом переплел наши пальцы.

— Да неужели?

— Может, даже обзаведусь парой сапог.

— Только попробуй пойти за ними без меня. У Рэя своя линия обуви, и если ты наденешь что-то другое, это сочтут семейным предательством.

Смех Леннон был легким, как пение птиц после весеннего дождя.

— Поняла.

Я остановился под тем огромным деревом, которое стояло, как казалось, посреди чистого поля. На самом деле до края владений Рэя был всего километр с небольшим. Я едва успел заглушить мотор и выскочить, как Леннон уже открыла свою дверь.

— Прошу прощения, мэм. А ну-ка назад.

Леннон закатила глаза и захлопнула дверь. Я открыл ее снова с театральным изяществом.

— Вот так-то лучше.

Леннон вложила свою руку в мою и последовала за мной к кузову. Она оперлась руками о край, чтобы подтянуться и запрыгнуть внутрь, но замерла и сдержала стон.

— Стой. Не хватайся, тебе же больно. — Я развернул ее к себе, подхватил за бедра и усадил на борт.

Луна выглянула из-за облака, мягко осветив то, что я приготовил в кузове. Я притащил из дома лишний матрас и застелил его мягкими одеялами и целой горой подушек.

Леннон подозрительно вскинула бровь.

— И почему это не кажется таким уж спонтанным, как ты пытался представить?

Я усмехнулся и забрался следом.

— Просто наслаждайся. Здесь тихо.

Леннон сняла обувь и залезла под одеяло.

— Люди заподозрят неладное, когда увидят грузовик посреди поля. — Она прижалась к моему боку, когда я лег рядом. — А уж тем более когда машина начнет раскачиваться.

— Думаешь, я привез тебя сюда ради секса?

Она вскинула голову и прикусила мою нижнюю губу.

— Если ты привез меня сюда не за этим, то я бы сказала, что ты упускаешь блестящую возможность. Я могла бы оседлать тебя прямо здесь, где твои парни не услышат нас через стенку. Но, зная наше везение, именно в этот момент кто-нибудь сюда и притопает.

Я рассмеялся.

— Здесь нас никто не поймает.

— Ты же знаешь, как тут все устроено, — сказала она. — У всех дурацкий график. Коровы разбредаются. Гости могут невзначай...

Я вытащил из заднего кармана листок бумаги.

— Поверь мне. Сюда никто не придет.

Она замолчала, взяла у меня страницу и развернула ее.

— Почему?

— Потому что это моя земля.

Ее глаза забегали по строчкам ксерокопии договора купли-продажи.

— Но ты же продал свой участок, чтобы они могли построить отель и ресторан.

— И я заставил инвесторов выложить за него кругленькую сумму. — Я забрал документ и сунул обратно в карман. — Я получил втрое больше реальной стоимости, потому что этот кусок был им позарез нужен.

Я перевернулся на бок и убрал прядь волос с ее лица.

— Это заняло время. Пришлось уговорить Рэя продать кусочек земли под сервитут для подъездной дороги с южной стороны. А потом убедить Кристиана и отца продать мне остальное. Но теперь все официально. Эти три акра и это дерево — наши.

— Твои, — поправила она.

Я покачал головой и поцеловал ее.

— Наши, Лен. И знаешь что? Отсюда до отеля так далеко, что даже огней не видно. Обзор открыт и на восток, и на запад, так что все рассветы и закаты теперь только наши.

Она сглотнула.

— Ох... ты сейчас... ты сейчас столько всего говоришь.

— Тогда позволь мне сказать еще кое-что.

Я сел и помог ей опереться на стопку подушек.

— Я высажу для тебя миллион полевых цветов, чтобы ты никогда не открывала глаза, не видя в них отражения своей красоты. Я построю тебе тот самый дом со стеклянной крышей, чтобы звезды всегда были рядом. Я с радостью дам тебе свою фамилию, потому что хочу, чтобы ты стала частью этой истории. Но я бы и твою взял, потому что ты — самый важный человек в моей жизни. Я отдам тебе все, что у меня есть, и от всего откажусь ради тебя.

Я встал на колено и потянулся за подушки, выудив оттуда рабочую куртку.