Леннон смотрела на меня широко раскрытыми глазами, пока я осторожно перекладывал ребенка ей на руки, стараясь не задеть катетеры, приклеенные к ее кистям.

— Ничего, если я ее подержу? Или ты против? — спросила она.

Взгляд Брук был добрым.

— Держи, если силы есть. Я не обижусь, если не сможешь. Знаю, что тебе сейчас тоже несладко.

Когда я увидел Леннон с маленькой Оливией на руках, у меня внутри что-то екнуло. В этот миг она была просто ослепительна.

Черные и белые пряди ее волос переплелись в одну серебристую косу. Свет и тени. Она была прекрасным воплощением и того, и другого. Пепел, покрывающий то, что не смог уничтожить огонь.

— Ой, да ты настоящая егоза, — сказала Леннон, удивленно вскинув брови.

Оливия завозилась и заплакала.

— Черт, — в панике пробормотала Леннон. — Я все испортила. Сделайте что-нибудь.

Рэй усмехнулся, пока я передавал Оливию обратно матери.

— Не переживай. Со мной она проделала то же самое. Видимо, моя маленькая принцесса не в восторге от собственной вечеринки в честь дня рождения.

— Поправляйся, — сказала Брук, когда медсестра осторожно потянула кресло от кровати. — Когда думаете выписываться?

— Надеюсь, завтра, — ответила Леннон. — Скрестим пальцы. Мне уже не терпится вернуться на ранчо.

— Может, вместе и поедем, — улыбнулась Брук. — А мальчики будут бегать вокруг нас и исполнять любые капризы.

Леннон тихонько рассмеялась и тут же прижала руку к груди — рана отозвалась болью.

— Поздравляю вас.

— Знаешь, что я думаю? — спросил я, когда дверь закрылась и в палате снова стало тихо.

Леннон снова прильнула ко мне.

— М-м?

— Нам стоит, наконец, дать имя тому теленку, которого мы выкармливаем из бутылочки.

Она посмотрела на меня с любопытством.

— Я думала, мы не даем скоту имен?

— Я считаю, твоему — стоит. — Я переплел свои пальцы с ее. — Из каждого правила есть исключение, верно? Помнишь, я говорил, что ты никогда не получишь мою фамилию? — Я приподнял ее подбородок и поцеловал. — Ты мое исключение.

32

Леннон

Значит, вот она какая — семья.

Я устроилась в поношенном кресле мистера Гриффита, обложившись подушками и одеялами, несмотря на летнюю жару. На столике стояли стакан воды со льдом, кружка кофе и бокал сладкого чая — чтобы мне не пришлось вставать, если захочется чего-то другого.

На коленях завибрировал телефон. Си-Джей где-то на ранчо откопал шестиметровый удлинитель, чтобы я могла заряжать телефон, не вставая с места. Я глянула на экран и усмехнулась.

Рэй совершил ошибку. Огромную ошибку.

Я смахнула уведомление, сделала ход, перевернула телефон экраном вниз и прикрыла глаза.

Входная дверь открылась и закрылась. Я замерла, прислушиваясь к шагам.

Если это Си-Джей, то шаги будут уверенными и размеренными — стук ковбойских сапог.

Миссис Гриффит обычно ходит в кроссовках, ее почти не слышно.

У мистера Гриффита свой ритм — прерывистый стук трости.

Если бы шел Рэй, я бы услышала шуршание колес его кресла по плитке и паркету.

Каблуки Кассандры отчетливо цокают.

Нейт передвигается почти бесшумно, а Бекс топает, как слон.

У Кристиана тяжелая походка, он немного шаркает пятками, и его сапоги издают характерный свистящий звук.

Но сейчас все было иначе. Я приоткрыла один глаз на шлепанье домашних тапочек. В комнату вошла Брук, все еще в пижаме.

— Привет, — сказала она, переваливаясь с боку на бок. Она медленно опустилась на диван. — Не против компании?

Я проверила игру в слова. Рэй еще не ответил.

— Твой муж идет следом?

Брук фыркнула.

— Ага. Стоит на крыльце, кипит от злости.

Я снова закрыла глаза.

— А малышка где?

— Си-Джей забрал, — ответила Брук, потянувшись за журналом Клэр. — В этом вся прелесть дядей. Всегда найдутся лишние руки, готовые понянчить ребенка.

Дверь распахнулась и с грохотом захлопнулась. Раздался шорох колес, а следом — звук двух пар обуви: уверенный стук сапог и цокот каблуков.

Си-Джей и Кассандра, если не ошибаюсь.

Я оказалась права.

Кассандра вошла с тем самым величественным и пугающим видом, который был ей присущ всегда. За ней шел Си-Джей, прижимая к груди малютку Оливию. Замыкал шествие Рэй, и вид у него был крайне раздраженный.

Я усмехнулась.

— Сотри кочергу с лица, Мэддокс, — огрызнулся Рэй.

Кассандра через плечо взглянула на Си-Джея.

— И ты даже не прикрикнешь на брата за то, что он так разговаривает с Леннон?

Си-Джей не сводил глаз с племянницы на руках.

— Чтобы моя девочка меня потом живьем съела? Ну уж нет. Ты Кристиану тоже позволяешь за тебя вступаться?

Кассандра принялась разглядывать свои ногти.

— Ладно. Твоя правда.

Рэй ткнул в меня пальцем.

— Ты исключена из игры.

— Ты просто завидуешь.

— Ты жульничала! — выпалил он. — Невозможно выдать четыре слова на тройной счет без посторонней помощи. Словарем пользоваться нельзя! Это правило! — закричал Рэй.