— Какой? — пробурчала она самым кислым голосом, что я когда-либо слышал, и снова ткнула фасоль.

— Сменить имя, перевестись в другую школу и больше никогда не дружить с людьми, чьи имена начинаются на «Дж».

Бри прыснула, а у Грейси на губах мелькнула трещинка улыбки, и у меня на душе потеплело.

— Как там Кассандра говорит? Любое странно написанное имя — тревожный сигнал? Вот и сюда добавь все имена на «Дж». Джордан, Джули, Джо, Джеймс, Джессика, Джексон, Джонатан, Дженни. Сплошные тревожные сигналы.

Грейси тихо рассмеялась.

— Я не могу не дружить с людьми только из-за буквы в имени.

— Ешь давай. Разберешься.

Она покрутила ложку в чили, но уже не так воинственно.

— А ты что думаешь, мне делать?

Не ходить на этот костер. Все знают, чем заканчиваются такие подростковые сборища с гормонами через край.

Но я ей не отец. Этот кошмар — забота Кристиана и Кассандры.

— Иди. Проведи время нормально. Найди там друзей получше. Если все эти «Дж» ведут себя глупо — пусть. Не принимай это на свой счет. Будь собой, и то, что тебе нужно, само тебя найдет. — Я закинул в рот кусок. — И если вдруг нужно будет спрятать тело — звони мне.

— Спасибо, — сказала Грейси и наконец принялась за еду.

— Как стадо? — спросил с другого конца стола Нейт.

Я кивнул, проглотив.

— Нормально. Док сказал, все идет по плану. Будет насыщенный сезон отела.

— Гостям лоджа наверняка понравятся телята, — с воодушевлением сказала Брук. — Обожаю этот сезон. Было бы здорово, если бы вы держали парочку телят на искусственном вскармливании поближе к дому, чтобы люди могли их кормить и тискать.

Моим коровам не нужны посторонние, чтобы их кормили или трогали.

— Нет, — отрезал я.

Рэй напрягся, выпрямился в коляске и уставился на меня так, что я сразу понял — из-за моего тона.

— Повтори-ка еще раз.

Отлично. Теперь и он на меня злится.

Я вытер рот и отодвинулся от стола. Поел достаточно, чтобы продержаться до того момента, как найду что-нибудь в домике работников.

— Я пошел. Увидимся, — буркнул я.

Мама опустила взгляд, когда я встал.

— Карсон Джеймс…

Вот оно. Полное имя, которым меня всегда звали, когда я попадал в неприятности. Даже сейчас, когда мне за тридцать.

Я помнил время, когда для всех я был просто Карсоном. «Си-Джеем» я стал после одного особенно тяжелого лета, когда таскался за Нейтом, пытался делать, как Кристиан, и быть как Рэй.

— Спасибо за ужин, — сказал я, проходя мимо мамы к выходу.

Каким-то образом Кассандра уже ждала меня на веранде. Я даже не заметил, как она вышла. В последний раз я видел, как она болтала с Бекс и Брук о том, как они проведут вместе субботний день в городе.

— Ты меня продинамил.

Я продолжил идти.

— Когда?

— Сегодня днем. Мы должны были ехать кататься.

Я остановился.

Когда Кассандра только начала работать на ранчо, мы завели привычку ездить днем по тропам. С лошадьми у нее было плохо, она ненавидела почти все вокруг и нуждалась в передышке. В каком-то смысле как и я, только лошади — единственные, кто меня терпел.

Я усмехнулся.

— Мы уже несколько месяцев не ездили.

— И чья это вина? — бросила она, оттолкнулась от перил и пошла за мной вниз по ступеням. — Это ты перестал приходить.

— У меня была работа.

Она рассмеялась — резко, почти пугающе.

— Чушь. Вы, парни, любите делать вид, будто это бесконечная работа с рассвета до заката. Но это не так, и ты сам это знаешь. Ты просто прячешься за этими чертовыми коровами, потому что тебе некомфортно.

— Я уже выслушал все от Кристиана. От тебя мне это не нужно, — сказал я и направился к Энни.

— Я старалась, — крикнула мне вслед Кассандра. — Прости, что этого оказалось недостаточно.

Меня зацепили две вещи.

Во-первых, Кассандра за что-то извинилась. Хоть погоду проверяй — не пошел ли снег в аду.

Во-вторых, о чем она вообще говорит? Чего оказалось недостаточно? Признавать это не хотелось, но именно она превратила наше захудалое ранчо в место, куда люди готовы ехать и платить как за ипотеку.

— Я знаю, что ты недоволен, и это моя вина. — Ее лицо вдруг смягчилось так, как я никогда раньше не видел. Обычно на нем было написано «не буди во мне зверя». — Так что если хочешь злиться — злись на меня. Не на свою семью.

— Ты и есть семья.

Ее глаза расширились.

Я отмахнулся.

— Фамилию-то новую получила, верно?

Но правда была в другом. Кассандра для меня была скорее сестрой, чем просто женой брата. Мы цеплялись друг к другу, спорили, но никогда не всерьез.

Когда она пришла на ранчо, внутри будто что-то встало на место. Как недостающий груз, который уравновесил чаши весов.

То же самое с Бекс. Она держала все на себе задолго до появления Кассандры.

А Брук стала последним кусочком нашей семьи. Тем самым чудом, которое вытащило Рэя из тьмы после аварии.