Маленькие нежные цветы — фиолетовые, розовые, желтые и голубые — выглядят так, будто их только что сорвали на лугу. Я наклоняюсь и закрываю глаза, вдыхая их тонкий сладкий аромат. Он переносит меня в те поля, где я выросла, где рассыпала семена и бегала среди цветов.

Когда я открываю глаза, то замечаю маленький конверт и два листка бумаги.

Я достаю первый рисунок: внизу подписано имя Элоизы, а в центре — женщина с ярко-рыжими волосами, как у Ариэль, в окружении насекомых всех форм и расцветок. Одни прорисованы почти идеально, другие же — плод богатого воображения, делающего их похожими на монстров. Я невольно зажмуриваюсь от широкой улыбки. На втором рисунке, от Эйвери, та же рыжеволосая женщина держит за руку черноволосого мужчину в очках, а по бокам стоят две маленькие девочки. Над головой у каждого парят крошечные розовые сердечки.

В глазах встают слезы, и я прикусываю губу, чтобы она не дрожала. Нужно прочитать письмо, пока я еще хоть что-то вижу.

Я вскрываю конверт и достаю листок с «космическим» принтом.

«Дорогая Милли! В твоем кабинете не хватало двух деталей. Надеюсь, они тебе понравятся. Я так тобой горжусь. Буду ждать тебя после собеседования. Астрономически твой, Финн».

Я провожу пальцами по словам «астрономически твой», чувствуя, как они проникают под кожу, и кладу письмо на стол.

Дрожащими руками я беру прямоугольный сверток, завернутый в крафтовую бумагу. Подцепляю край и надрываю скотч. Под бумагой оказываются две рамки, вложенные одна в другую.

Дыхание перехватывает, когда я рассматриваю маленькое фото: я и девочки. Финн, должно быть, снял нас со спины несколько дней назад, когда мы шли в парк — Эйвери и Элоиза держат меня за руки.

Мне приходится опереться о стол, чтобы не подкосились ноги. Майка подходит и кладет ладонь мне на спину — безмолвный жест поддержки. Я ободряюще киваю самой себе и вынимаю маленькую рамку из большой. На дне открывается вторая картина.

Я резко вдыхаю, прикрывая рот свободной рукой. На фоне глубокого фиолетового неба, напоминающего галактику, раскинула крылья величественная бабочка. Hamadryas laodamia, более известная как «Звездная ночь». Ее крылья, почти черные с белыми крапинками, напоминают ночное небо и картину Ван Гога, в честь которой она названа.

Я медленно качаю головой, заметив в углу изящные инициалы «Л.С.» — подпись Лены.

Слезы окончательно застилают глаза. Я осторожно кладу картину на стол и оказываюсь в крепких объятиях Майка. Я утыкаюсь ему в грудь, давая волю чувствам. Он успокаивающе гладит меня по спине, пока я не прихожу в себя. Майка бережно вытирает слезы с моих щек.

— Я похожа на енота? — хлюпаю я носом.

В его глазах пляшут смешинки, пока он помогает мне убрать остатки размазавшейся туши.

— Ни капельки, — говорит он и целует меня в лоб. — Ты выглядишь идеально. А теперь иди и покажи им всем.

Он еще раз крепко меня обнимает и возвращается к своему столу. Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю. Ставлю наше фото с девочками рядом с монитором и с грустной улыбкой поправляю его.

Один час до собеседования. Один час, чтобы вытереть щеки, подправить макияж и заставить мозг запомнить все, что я хочу сказать. Один час на самую важную в жизни напутственную речь самой себе. Чтобы собрать по крупицам всю уверенность, которую я взращивала в себе последние месяцы, и вложить ее в сегодняшнюю встречу.

У Кайла может быть сколько угодно фальшивых амбиций и хитрости, но у меня есть искренняя страсть и преданность этому делу. И если я смогу унять дрожь, я это докажу.

Я вспоминаю утренние слова Лены, расправляю плечи и грудь, словно раскрывая невидимые крылья.

Пора взлетать.

Глава 41Финн

Я глубоко выдыхаю и откидываюсь на спинку скамьи за углом от того места, где у Милли проходит собеседование. Нога нервно подергивается.

На сердце сегодня неспокойно. Весь последний час я буквально изнывал от желания прижать Милли к себе, почувствовать ее прикосновение и унять ту дрожь, которую она наверняка испытывала. Это ожидание было невыносимым. Кажется, пару минут назад я напугал какую-то женщину своим тяжелым взглядом.

В конце коридора хлопает дверь, и до меня доносится стук каблуков. Когда Милли выходит из-за угла, на ее лице сияет уверенная улыбка, которая становится еще шире, стоит ей заметить меня.

Плечи наконец расслабляются. Я встаю и заключаю ее в объятия, зарываясь лицом в волосы.

— Ты выглядишь потрясающе. — Напряжение покидает тело, стоит мне вдохнуть аромат ее шампуня с лимоном и ванилью.

— Спасибо. — Она долго выдыхает мне в грудь, обхватив руками мою талию. — Спасибо за все, что ты сделал утром.

Я отстраняюсь и быстро целую ее.

— Не за что. Как все прошло?

— В целом я довольна. Всем понравились мои ответы, разговор шел непринужденно, так что я смогла немного расслабиться, когда мы начали.