Мы уже побывали в маленьком книжном, в аптеке с отделом подарков и чудесными мелочами, и успели выпить утренний чай в чайной на другом конце города. Айрис что, пытается убедить меня остаться?

Будто у меня вообще есть выбор. Честно говоря, когда через пару месяцев подойдет срок, я вряд ли продлю аренду квартиры в городе. По крайней мере, надеюсь, что не придется.

Мы это уже обсуждали, но, наверное, стоит еще раз поговорить с Кэлом. Потому что отказ от квартиры означает, что мне больше некуда будет податься, если…

Разве что вернуться к родителям.

Господи, только не это.

— Кажется, мы обошли все вешалки, — говорит Айрис, подходя ко мне. В ее руках еще несколько вещей.

— Нашла что-то стоящее?

— Конечно! Не терпится увидеть, как ты все это примеришь дома.

Она сияет своей ослепительной улыбкой, и я невольно заражаюсь ее радостью. Будто Айрис достались все гены счастья, а Кэлу — весь ворчливый нрав. Интересно, какими были их родители.

Мы подходим к кассе, и девушка пробивает мои покупки — пять вещей за двадцать три доллара. Несколько я, быстро пересмотрев, все же решила оставить.

Айрис подмигивает мне и идет к выходу. Девушка вручает пакет с сокровищами, и я выхожу следом. На улице Айрис ждет чуть дальше по тротуару. Я толкаю стеклянную дверь, проверяя, на месте ли телефон в заднем кармане. Очки сползают на кончик носа. Надо бы перейти на линзы.

Чье-то твердое плечо врезается в мое.

Я вскидываю голову и бормочу извинения, когда высокая темная фигура оказывается слишком близко. Что-то падает на землю.

— Забудь, — бросает он. На нем черные джинсы, черная футболка, черные байкерские ботинки и потертая кепка, натянутая по самые…

Я мотаю головой.

Растрепанные каштановые волосы.

Нет. Не может быть.

Я прижимаю ладонь к груди, пытаясь унять страх, который поднимается из той бездонной ямы отчаяния, что вдруг разверзлась при виде этой темной мужской фигуры.

В памяти вспыхивают образы Тимоти, и меня мутит.

Поправляю очки и всматриваюсь в парня, который сначала смотрит вниз, но потом поднимает взгляд, нахмурившись. Его глаза встречаются с моими, и я его не узнаю.

По крайней мере, мне так кажется. Я хмурюсь, разглядывая черты его лица.

— Ты в порядке? — спрашивает Айрис, подходя ко мне и сердито глядя вверх. — Смотри, куда прешь, приятель.

Она смягчается, берет меня под руку и с любопытством смотрит на него.

— Проездом?

— Может быть.

Он уходит, даже не обернувшись.

Грубиян.

Бурчун несчастный.

Ему, наверное, чуть за двадцать. Я уже рассуждаю как Кэл. Опускаю взгляд на клочок бумаги на тротуаре. На нем что-то написано от руки, но листок сложен пополам.

— Эй! — окликаю я его, теперь разглядев лучше.

Он резко оборачивается, хмурится, голубые глаза сужаются.

— Чего?

Я наклоняюсь и поднимаю бумажку.

— Ты это уронил.

Он отводит взгляд, будто решает, стоит ли возвращаться ради этого листка. Проходит секунда, и он все же подходит, вынимает бумагу из моих пальцев. Ни слова не сказав, разворачивается и идет дальше.

— Вообще-то можно было сказать спасибо! — кричит ему вслед Айрис.

Он машет рукой через плечо и, не оборачиваясь, бросает:

— А вы могли бы смотреть, куда идете.

— Уф, вот же хам! — кипит Айрис.

Я тихо смеюсь. В этом коротком обмене есть что-то до боли знакомое.

Когда мы возвращаемся, в кафе шумно и людно. Пейдж едва справляется. Эррол сидит за стойкой, перед ним его обычный обед.

— Как дела? — спрашивает Айрис у Пейдж, закидывая пакеты за стойку и надевая фартук.

— Нормально. — Та неловко улыбается.

— Ох, я знаю это лицо. Что случилось? — говорит Айрис.

— Да тут заходил какой-то тип, задавал странные вопросы. — Пейдж косится на меня.

— Я сказал ему проваливать, — вставляет Эррол.

Впервые вижу, чтобы Эррол встал на защиту Маккрири.

Вот это да, новости в маленьких городках разлетаются быстро. Похоже, новость о том, что Ава жива, многих потрясла.

Может, даже Эррол немного смягчился.

— Нам тут больше не нужны всякие проходимцы из вашей братии. Пусть катится туда, откуда пришел. — Эррол впивается в сэндвич так, будто тот виноват во всех его бедах.

Что ж, теория про смягчившегося Эррола развалилась.

— С чего ты взял, что он «из нашей братии»? — спрашивает Айрис, изобразив кавычки в воздухе.

— А кому еще сдался какой-то Маккрири? Ясно же, родня. Может, твой братец ему денег должен… — Эррол увлеченно строит свои догадки, и тут до меня доходит.

— А как он представился? — спрашиваю я.

Эррол переводит на меня все такой же кислый взгляд.

— Никак. Да я и не стал спрашивать.

Очень полезно. Просто бесценно.

— Ладно, — говорит Айрис Пейдж. — Если он снова появится, позвони, если меня не будет, хорошо?

— Конечно. — Пейдж улыбается и уходит к столикам, убирать посуду и проверять, все ли у гостей в порядке.

Я устраиваюсь на табурете рядом с Эрролом, и он косится на меня, продолжая жевать.