— Тише, милая. Давай, ложись в постель.

У меня нет сил шевелиться.

Сердце будто кровоточит сквозь кожу, осколки в груди расплавились и впитываются в ковер. Нечеловеческие стоны, вырывающиеся из меня, звучат чужими. Боль оттого, что я потеряла его, потом нашла живым и невредимым — и снова потеряла.

Это слишком.

Айрис поднимает меня на ноги, и я, пошатываясь, добираюсь до кровати и падаю в нее.

Лежу на боку, обхватив себя руками, ногти впиваются в кожу. Моя старая спутница — боль — снова ложится рядом.

Айрис забирается с другой стороны и притягивает меня к себе. Гладит по голове. Ее тихое шиканье путается с моими сбивчивыми рыданиями. Ее ладони снова и снова приглаживают мои волосы, крепко обнимают. Я разваливаюсь у нее на руках. Боль последних двух недель вырывается наружу, выжигая изнутри.

Те дни, когда я правда думала, что Кэл мертв.

Мука от мысли, что больше никогда его не увижу.

Воздух в легких будто выжигает одним жестоким ударом.

Страх, который держал меня в оцепенении днями, когда между мной и Тимоти висела угроза невыразимого. Ужас от осознания, что на лодке я с двумя хищниками.

То, что оба ушли безнаказанно.

Мгновения, когда я дрейфовала, будто вне времени, ожидая, что Эмметтт меня найдет. Миллионы мыслей о том, что не найдет. Что будет слишком поздно. Что я уйду на темное дно океана, еще одна душа, исчезнувшая без следа.

Что я больше никогда не увижу Кэла…

А потом он опирается на дверной косяк. Голая грудь. Голубые глаза с любопытством разглядывают женщину в ванной его сестры.

То, как один его вид меня уничтожил. Как ничто и никогда раньше. Даже потеря Джошуа не была такой сокрушительной, как любовь к Кэлламу Маккрири и новая его утрата.

Ничто не сравнится.

Я судорожно втягиваю воздух и давлюсь вдохом.

Айрис усаживает меня и гладит по спине.

— Дыши, mo nighean. (*девочка моя)

Mo nighean.

Я поднимаю на нее глаза, и от одной этой фразы лицо у меня рассыпается.

— Черт, Эви.

Она понимает, что сказала. И кто называл меня так последние полгода.

Айрис снова сгребает меня в объятия, и я утыкаюсь лицом ей в плечо. Вцепляюсь в ее руки, как в единственное спасение.

— Черт бы тебя побрал, Кэл, — бормочет Айрис.

Каждый вдох обжигает. Голова раскалывается. И я наконец немного отстраняюсь.

— А если он так и не вспомнит последний год? — хриплю я.

Айрис держит меня на расстоянии вытянутых рук.

— Знаешь, я об этом весь проклятый день думаю. Он однажды тебя полюбил. Не вижу ни одной причины, почему не полюбит снова.

Я издаю сдавленный звук.

Второй шанс.

Те воспоминания, что он потерял… Смогу ли я днями воссоздавать их заново?

Будет ли это обманом? Я не могу так с ним поступить. Это все равно что навязать ему правду, не дав самому решить.

— Кэллама Маккрири невозможно заставить делать то, чего он не хочет. — Я тереблю край футболки, шмыгая носом, пытаясь сдержать слезы, от которых лицо распухло и покраснело.

Айрис тихо смеется.

— Это точно. Но что, если я могу дать вам шанс найти то, что у вас было? Ему нужно домой. И нельзя быть одному. А я не знаю никого, кому доверяла бы сердце, голову и здоровье моего брата больше, чем его кейлаг лухор.

Я гашу всплеск чувств, который поднимает во мне это слово. Хотелось бы, чтобы она перестала так говорить. Черт, будто проверяет меня. Насколько глубоко между мной и Кэлом все зашло.

Зашло.

Я резко поднимаю на нее взгляд.

— Как?

Она улыбается и кладет ладонь мне на щеку.

— О, Эви, вы могли месяцами прятаться на том островке, но речь о моем старшем брате. Единственном человеке, которого я знаю лучше, чем саму себя. Он любил тебя и все равно отпустил. Разбил собственное сердце, чтобы твое было свободным и счастливым. Упрямый болван, если спросишь меня. Должен был поехать с тобой. Но он слишком упрям себе во вред. — Она глубоко вздыхает. — Ты сможешь поехать через пару дней, когда Эм немного там разберется. Присмотри за ним для меня, ладно?

Я не знаю, что сказать.

Эм поедет наводить порядок… Он увидит разорение, которое я оставила. Разгромленный дом. Сад, который, наверное, наполовину погиб. Остатки лампы. Королеву, принявшую удар на себя.

Вечное доказательство того, что эта девушка спасла себя сама.

Ценой мужчины, которого любит.

10

Кэллам

— Эм здесь, Айрри, — кричу я из закусочной.

— Ага, знаю. Он за тобой, — отзывается она сверху. — Мы спустимся через минуту.

Мы.

Точно, она и ее подруга-писательница.

Милая штучка.