— Это было чертовски тяжело. Я чувствовал себя призраком. Но у меня были девочки. Я должен был ставить их на первое место. А значит — разбираться с этим, идти на гребаную терапию, чтобы привести голову в порядок, и водить туда их тоже. Ты знаешь, сколько странных взглядов я до сих пор ловлю? Это значит сидеть на всех этих «мама и я» в начальной школе, вместо того чтобы просить мою мать пойти за меня. Это значит держать фотографии Гретхен по всему дому, даже если до сих пор больно на них смотреть, потому что для девочек это важно.

— Вот это я и имела в виду, — сказала Кассандра тихо, как сверчок зимой. — Ты не просто говоришь, что любишь их. Ты это показываешь. — Она сглотнула. — Моя семья не такая, как твоя. Там для этого нет места. Все такие… аналитичные. Никаких чувств. Детство всегда ощущалось как собеседование. Как я учусь? Какие у меня цели? Есть ли план поступления в колледж по стипендии? Какой план после колледжа? Мы никогда просто не были вместе… — Ее рука замерла на моей коже. — Не так, как вы, Гриффиты.

Я не был из тех, кто держит язык за зубами. Если мне было что сказать, я говорил.

Но сейчас был не тот момент.

— Место есть.

Я поцеловал ее, втягивая в себя, чувствуя, как она тает у меня в руках. Кассандра ответила так же щедро, как и я. Впервые она не просто брала то, что ей было нужно — хотя мне и это никогда не мешало.

Она отдавала.

Я отстранился и поцеловал ее в лоб.

— Место есть, принцесса.

23

Кассандра

— Касс, ты в офисе?

Я закатила глаза. Кресло заскрипело — колесико зацепилось за клочок сена.

— Касс?

Я была одна, поэтому позволила себе глуповатую улыбку, услышав голос Кристиана. Я схватила рацию.

— Я здесь, ковбой. А где мне еще быть?

В динамике затрещали помехи.

— Не знал, вдруг ты решила выйти подышать воздухом или прокатиться, ну или что-то такое.

Я рассмеялась.

— Как будто я добровольно сяду на дикое животное.

Он фыркнул.

— В прошлый раз ты неплохо справилась.

Он говорил о семейной прогулке по тропе, на которую меня силком затащили, или о нашем тайном перепихоне в офисе, когда девочки уснули? На нем я точно справилась отлично.

Рация щелкнула.

— Хватит флиртовать по связи, — проворчал Си-Джей.

Кристиан снова вышел на связь.

— У ворот крутится какой-то тип в костюме. Лучше сходи узнай, чего ему надо, пока кто-нибудь из работников ранчо не решил связать его и коптить на медленном огне.

Я застонала.

— Никого поближе нет?

— Мы на дальнем конце участка. Камеры на тропах засекли машину. Возьми Дотти. Она уже оседлана.

У меня ухнуло в животе.

— А нельзя взять твой пикап?

— Механику водить умеешь?

Бурча, я скинула туфли на каблуках и выдернула из ящика стола пару носков.

— Не обижайся, когда я угроблю твою лошадь.

Я давно стащила у Кристиана толстые носки и держала их про запас — на случай, когда он заставлял меня заниматься всякой походной ерундой против моей воли. Сапоги, которые он мне купил, жили под столом как раз для таких моментов.

Я уставилась на мишень на дальней стене, натягивая сапоги. Кристиан прикрутил к стене лист фанеры, чтобы я могла тренироваться с его метательными ножами.

Фотографии, которые я нашла в сети, — Триппа и директора Бикера — были изрезаны в клочья.

Я выглядела совершенно нелепо в пиджаке, брюках с высокой талией и ковбойских сапогах, но это было лучше, чем угробить любимые каблуки.

Я поплелась к конюшне и нашла Дотти, бездельничающую в своем стойле.

Она посмотрела на меня большими лошадиными глазами, словно говоря: «А. Опять ты».

На мгновение я подумывала пойти пешком, но быстро передумала. У меня не было времени тащиться туда пешком или потом сдавать блузку в химчистку из-за пятен пота.

— Ладно, давай сотрудничать, — сказала я, неуверенно беря повод и выводя ее из стойла.

Она пошла охотно, но мне от этого легче не стало. Я была уверена, что смогу сесть, выехать из конюшни, а потом непременно разобьюсь насмерть.

Дотти стояла спокойно, пока я держалась за седло и выдыхала. Поставив ногу в стремя, я подтянулась и перекинула ногу через ее спину.

Так. Я справлюсь.

Дотти переступила, но я расслабила бедра.

— Осанка как у принцессы, бедра как у шлюхи, — прошептала я себе, слегка сжав ее ногами.

Я чувствовала себя идиоткой, когда Дотти рысью прошла мимо офисного здания, амбаров и мастерских с техникой. Сэди заметила нас у дома и сорвалась с крыльца следом.

Когда я начала называть его «домом»? Раньше я всегда говорила «дом Кристиана». Мне нравилась эта дистанция в словах.

И когда Сэди перестала пытаться меня пасти?

Микки валялась в тени дерева перед крыльцом Бекс и Нейта. Бекс снова была в городе — очередной прием у врача.

Бекс протянула еще одну неделю без самовозгорания и стимуляции родов, а значит, мы провели еще одну субботу вместе в городе.

По крайней мере, во второй раз было менее неловко. Мы провели день, накидывая идеи для праздника по случаю начала работ, а потом перешли к перемыванию косточек людям, которых когда-то знали, — чипсы с сальсой для нее и маргарита для меня.